— У него на стене висел один плакат, а теперь его нет. Я просто хотел узнать, может, он кому-то понадобился.
— Никто ничего не брал. Разве что его мама. Его мама могла что-нибудь взять.
В это время мама Славы взглянула на нас так пристально, как будто услышала, о чём мы шептались в другом конце комнаты. У неё был беспокойный взгляд.
— И она не жаловалась, что что-нибудь пропадало?
— Можешь спросить у неё. Но лучше чуть-чуть попозже.
— Ты знаешь, что это был за плакат?
Феликс помотал головой так, как машут обычно дети, горячо отказываясь от чего-нибудь.
— Ты слышал о пророке Евгении?
— Нет, дорогой, я не смотрю «Битву экстрасенсов».
— Ты никогда о нём не слышал?
— Никогда. Давай про экстрасенсов попозже поговорим, пожалуйста. Я хочу сказать, не на поминках.
В конце поминок пришла пьяная Ольга. Она принялась обнимать мать, потом схватилась за урну с фазанами и прижала к груди, потом вышла на кухню курить свои длинные декадентские сигареты и там разрыдалась, распугав девочек-школьниц, не смевших даже шептаться.
Я на всякий случай проверил стену, вдруг плакат просто упал, подвинул кресло, потом нагнулся и посмотрел под ним — нет, плаката нигде не было. Уже спускаясь, я вспомнил про звонок от Славы. Было бы просто идиотизмом считать, что всё это никак не связано.
Выйдя из подъезда, я оглянулся назад, на окна. Уже стемнело, и на кухне у Славы зажёгся свет. Я немного постоял, глядя, как в окне сменяются тени. А потом пошёл, попутно набирая в поисковике то, что должен был выяснить уже очень давно, — кто такой этот пророк Евгений.
Гугл выдал по запросу сотню страниц, одна другой заманчивей — «Евгений и его мнимые чудеса», «Пророк из адского чрева», «Евгений Ширко, пророк, капитан милиции», «Сатанисты с нашего двора» и, наконец, «Тайный хозяин мира живёт на заводе-призраке». Но когда я пытался открыть страницы, оказывалось, что почти все они были удалены или не имели ничего общего с анонсами. Я так и не смог найти ни одной настоящей страницы о нём, ни одного полумёртвого паблика, ни одного видео на ютубе. Всё было вычищено, но не аккуратно, а с корнями, зацепками, от которых, правда, не было никакого толка.
Наконец я нашёл упоминание о большом материале, опубликованном в газете «Совершенно секретно» в 99-м году. До рассвета оставалась всего пара часов, и я решил, что не буду ложиться спать, а сразу поеду искать её в библиотеке.
Время тянулось так долго, что я многократно отжался, потом принял душ и сразу за тем — ванну, посмотрел отрывки из выступлений любимых английских комиков и наконец, когда пора было ехать, задремал, но всё-таки взял себя в руки.
Я сразу же пожалел, что долго не был в Историчке — в библиотеке осталось всё то, за что я её так любил. Сонные студентки в коротких юбках со стопками пыльных советских книг и старые помешавшиеся мужчины, некоторые из которых наводили китчевый лоск — носили яркие пиджаки и повязывали шёлковые платки на шею, а другие совсем опустились и потускнели, как старые зеркала, и просто ходили по этажам, неся за собой тяжёлую вонь и бормоча ругательства. Собираясь по двое и трое, они рассказывали друг другу что-то завораживающе безумное, например, как кусты малины управляют людьми, и как кто-то из этих китчевых стариков писал президентскую речь Обаме.
Я закопался в зале периодики, долго не мог разобраться с навигацией, а у консультантки стеснялся спросить — уж очень она была рыжая и весёленькая. Наконец нашёл нужный ящичек, и нужный выпуск оказался в наличии, и через пятнадцать минут мне принесли подшивку.
Логотип газеты пробудил ностальгию — бабушка выписывала «Совершенно секретно» много лет, отец читал её регулярно. Хотя он и был внешне рациональный человек, в свободное время почему-то читал только про НЛО и всё непознанное.
Руки снова стали дрожать, и я чудом не изорвал ветхие страницы, пока не наткнулся на нужный номер с чёрной дырой на обложке. В анонсе номера какой-то дегенерат закрасил замазкой самый нижний пункт. Я только начал листать, а в глаза уже бросилось, что этот номер был тоньше других — в нём не хватало двух разворотов посередине. 15-я страница сразу переходила на 21-ю с кроссвордами и анекдотами, которые я всё же прочёл из любопытства.
Вот бы затребовать список людей, заказывавших эту подшивку, поехать в другие библиотеки, может, в саму редакцию, она ведь ещё существует. На меня напал азарт частного детектива, тем более что это расследование касалось меня, и только я почти победил страх перед незнакомцами, чтобы подойти к смешливой рыженькой консультантке, как вспомнил, что подшивка была у бабушки. Она ничего не выкидывала, вплоть до втулок от туалетной бумаги и порванных продуктовых пакетов, а значит, номер за 99-й год был у неё в шкафу. Я даже чуть-чуть расстроился, что всё разрешилось легко. Встал и пошёл, и даже не заглянул в столовую, по которой так тосковал, что иногда видел её во сне.