— Да мало ли что я говорил спьяну! — Тим поднимает глаза на меня. — Ты в порядке? В плане, эти придурки тебя не связывали хоть? Не обижали?
— Забей, даже кляпа не было, — отмахиваюсь со смешком.
— В какой-то момент я о нем думал, потому что рот у девицы не закрывается.
Тим воздевает руки к потолку грязного гаража, будто бы обращаясь к богу, и я улыбаюсь, разглядывая его. А потом мужики начинают ругаться так, словно меня нет или я вдруг оглохла.
— Так не пойдет.
— А как же «все на победу»?! Кто говорил, что нужно использовать все возможности?
— Да еб твою мать! Нельзя похищать людей!
Я пытаюсь вставить слово, как-то внимание привлечь — без толку. В этом гараже чертов патриархат. В конце концов забираюсь на стол и прыгаю на месте.
— Да я не против, чтобы меня похитили! — кричу что есть мочи.
Все трое замолкают и пялятся на меня, стоящую будто на сцене.
— Она не против, говорю же, — начинает Гриша, но Тим жестом просит его замолчать.
Стол опасно пошатывается, и я раскидываю руки, ловя равновесие. «Похитители» дружно бросаются спасать. Машинально выбрав самого чистого, вцепляюсь в Тима. Тут же жалею — контакт искрит. Мои ладони вмиг потеют. Не знаю, как у женщин так получается — спать с мужчинами и потом вести себя естественно. У меня сердце выпрыгивает от волнения.
Но я буду пытаться.
Семен держит стол, Гриша хватает меня за талию.
— Фух! Опасно было, — бормочу.
— Свернуть шею под финал — отличная идея, — злобно бурчит Тим, плохо скрывая беспокойство.
— Здесь мебель раздолбанная, нужно аккуратнее, принцесска.
— Да вижу. Спасибо. Тим, послушай наш план.
— Нет.
Он вручает меня Григорию и поспешно отходит, что неприятно царапает эго. В сотый раз обещаю себе, что больше у нас с гонщиком ничего не будет.
— Тим, ну пожалуйста! — прошу.
— Я звоню друзьям. Скажу, что ты пробралась в мой гараж сама.
Голова кружится от паники. Если он так сделает, мне придет конец. Самый настоящий. Слезы брызгают сами собой, хотя я не планировала разводить моря-реки.
Гриша помогает спрыгнуть на пол.
— Тим, я прошу тебя по-человечески! Пожалуйста!
— Тебе нужна квалифицированная помощь. Я не могу взять на себя такую ответственность.
— Да я не наркоманка! Господи! — ору ему в спину. — Никогда в жизни не принимала ничего такого! Если ты меня сдашь, меня немедленно запрут в клинике, как сумасшедшую! Так уже было в прошлый раз!
Он резко оборачивается.
— Ты, насколько я понимаю, настояла на своем похищении. Может, не зря запрут?
— Может! — выкрикиваю я. — А может, и нет. Тебя когда-нибудь запирали против твоей воли? Когда сутками находишься в палате или гуляешь по дворику, при этом абсолютно все лишь улыбаются и на вопрос, скоро ли можно будет выйти, — кивают. Ты вообще можешь представить себе мою жизнь последние два года? Я хотела тебе еще кое-что сказать про тот день, когда ты приходил устраиваться в «Автоспорт». Шилов с Ивановым тебя весь вечер обсуждали, спорили и ссорились. В итоге решили, что разрушат твою карьеру. В том, что перед тобой все двери разом закрылись, виноват один человек. Он просто испортил тебе жизнь, потому что не хотел, чтобы его репутация пострадала. Этот же человек испортил жизнь мне!
— Он твой отец, разве нет?
— Отчим. Мой отец разбился, когда мне было пятнадцать. Слушай, я понимаю, что у тебя сейчас ощущение, будто тебе новых проблем подкинули. Но клянусь, это не так. Мы — беспроблемные. Тихие, как мышки. Разыграем похищение, потребуем выкуп. Шилов не пойдет в полицию, потому что в этом случае всплывет, что он прикарманил все мое наследство. Господи, я просто хочу получить от него свои собственные деньги и свалить. Разделим сумму пополам.
Тим сверлит меня глазами. Потом выдает:
— Почему «мы»? Кто еще? Ты сказала, что вы беспроблемные.
— Я и Шелби. — Поднимаю с пола маленького котенка. — Ему два с половиной месяца.
Мы вместе жалобно смотрим, Шелби при этом трогательно мяукает.
— Звучит предельно неадекватно.
— В этом и соль.
— Если полиция нас найдет…
— То скажем, что папаша с ума сошел, у нас все в порядке. Но она не найдет. Говорю тебе, Шилов в жизни не обратится к копам. Выплатит сумму с одной целью: чтобы вернуть меня обратно и не привлекать внимание. Мы оба останемся в выигрыше.
Тим молча пялится на меня.
— Господи, да разве тебе не плевать? Получишь деньги и будешь в порядке… Хорошо. Не звони своим волонтерам хотя бы до завтра. Поразмышляй, а я немного отдышусь. Окей? Давай просто поедим пиццу.