А тут все было иначе. Мне не нужно никого уговаривать, просчитывать в режиме цейтнота психотип оппонента, нащупывать его слабые стороны и так далее… Тут за меня уже все решили. Никаких тебе девиаций, нормальные люди с холодным рассудком имеют конкретную цель: либо похитить меня, либо по-быстрому рассчитать на месте. В общем, я в такой ситуации ранее не бывал. И потому чувствовал себя как минимум не в своей тарелке…
– Его опухшее лицо взволнованно трепетало, – отметил за завтраком припухший от сладкого сна Вася Крюков. – Ему не хотелось умирать. Он хотел… Гм… О! Он отчаянно надеялся дожить до получения «боевых» и купить много всего вкусного.
– Какая длинная и нетипичная для сельского мужлана фраза, – меланхолично пробурчал я. – В зеркало посмотри. Это еще разобраться надо, у кого опухшее!
– Ты че, в натуре переживаешь? – удивился Вася. – Да ну, брось! Мы там удавим всех на три счета – пальцем никто шевельнуть не успеет.
– Удавить – это хорошо, – приятно зажмурился лейтенант Серега. – Это лучше, чем просто пуля. Конвульсии… Нет ничего лучше для воина, чем вид страдающего врага.
– Я лично застрелю всех, кто посмеет к тебе прикоснуться, – торжественно пообещала Лиза. – Там, говорят, дистанция меньше двухсот метров. С такого расстояния я запросто продырявлю мошонку бегущему мужчине.
Тут все примолкли и украдкой переглянулись. Не поняли, шутит дама или где. А дама невозмутимо болтала ногой и сосала сгущ из банки с двумя дырками.
– Ладно, шутники, – разрядил обстановку Иванов. – Допивайте чай, убирайте со стола, будем инструктаж проводить. А то Косте скоро выдвигаться надо…
Инструктаж был недолгим и состоял из трех пунктов: позиции – время – вооружение, взаимодействие и цель.
Первый пункт:
– В 10.00 Лиза с бойцом прикрытия – полковником Ивановым – садятся на пятый этаж разрушенного дома, отстоящего от кафе на двести, от гастрономической помойки – на сто восемьдесят метров.
– В 11.30 Петрушин, Вася и лейтенант Серега, в самом задро… пардон, в затрапезном виде, заходят в «Азамат» и занимают ближний к кухонному окну раздачи столик. Народу там много в любое время, но все стараются занять места на террасе, на худой конец подальше от кухни – уж больно там жарко, да и подавальщики толкаются.
– Глебыч в это же время заходит на КПП штаба бригады ВВ и начинает с ходу дружить с их «ответственным». На предмет? Да так, на всякий пожарный. Дабы, ежели вдруг суматоха какая приключится, упредить: палить не надо, это мы тут шуткуем. А то накроют Лизу с полковником сосредоточенным сразу из двух пулеметов, вот обидно-то будет!
– Ваш покорный слуга – вне времени. В сопровождении генеральского зятя захожу в «Азамат» и позволяю препроводить себя в почетный кабинет на кухне (интересно, а там не жарко?). В правом нагрудном кармане имею радиомикрофон, прослушиваемый полковником, в ухе – крохотный наушник дуплексного устройства связи, адаптированного к частоте наших «Кенвудов» (опыт вчерашней неудачи с Глебычем). В нужный момент даю длинный тональный вызов – гарнитура в левом нагрудном кармане. Все продумано, пока правая ручонка будет нащупывать пистолет, левую прижал к груди – и все в курсе, что началось.
Вооружение: у всех, кроме Лизы и полковника, – штатные «АК-74М», для всеобщего обозрения, и «ПСС» – для дела. Наличие «валов» у простых смертных может вызвать нездоровое любопытство, а отсутствие обычных «АК» резко бросается в глаза. Это что за военный, в Грозном и без оружия?! Лиза и полковник вооружены «валами» с оптикой. Полковник неплохо стреляет, случись вдруг что – пригодится.
Тут же мне всучили вышеупомянутый микрофон и заставили удалиться за пределы расположения команды – настроились. Все работало прекрасно, спасибо Лизе и конкретному Вите.
Второй пункт – коротко, но емко:
– Радиостанции – на минимум. Полное радиомолчание. Никаких телодвижений до Костиного сигнала.
Не дай бог спугнете раньше времени – обижусь на всю жизнь…
Третий пункт:
– Теперь хочу напомнить о главном… – Иванов выдержал длинную паузу, чтобы все присутствующие прониклись важностью момента. – Надо постараться, ребятки. Надо все сделать тихо, быстро и изящно. Военных там – куча. Подымем шум и не сумеем нейтрализовать супостатов на кухне – такая мясорубка получится, что ни один представитель не отмажет! И потом, прошу помнить, зачем вообще мы все это затеваем, рискуя жизнью нашего товарища… Нам нужна нить к высокому информатору. Не побоюсь высокопарной фразы – к главному на сегодняшний момент предателю. Поэтому надо взять хотя бы одного из этих «белых халатов» живьем. Иначе – все насмарку, зря работали… Вопросы?
– Сделаем. – Петрушин хрустнул костяшками пальцев и погладил рукоять своего боевого ножа. – Постараемся вообще обойтись без стрельбы. Руки-ноги на то и дадены…
– Ну и славно. – Иванов хлопнул меня по плечу:
– Колонна пойдет через пятнадцать минут. Удачи.
В УФСБ, как я уже говорил, меня не допрашивали под протокол. Со мной «беседовали». Полковник Мохов (это первый зам) так и говорил:
– Нуте-с, доктор Воронцов, приступим к беседе… Хотя от привычного допроса эти беседы отличались лишь подчеркнутым дружелюбием, отменной вежливостью и наличием отсутствия бумаги на столе. Однако не сомневаюсь, что оное отсутствие с лихвой компенсировалось кучей микрофонов, понатыканных во все возможные щели Чекистов хлебом не корми – дай чего-нибудь записать да послушать. Вон, наша Луиза, к примеру, шагу без диктофона не ступит.