- Кого ты любишь, Пэт? Рекса? Полюбила за три дня, пока мы не виделись? - и он снова рассмеялся. Злой смех, от которого становится жутко. - Ответь? Мне интересно.
Кажется, его безумие передалось и мне, я ответила с лёгким сердцем, оно само продиктовало ответ.
- Я любила его всегда. Просто раньше, мы не были знакомы. - смазанная тень и свист руки, рассекаемой воздух. Звонкая пощёчина. Пальцы, оставшиеся красным пятном на бледной щеке.
Погладила пылающую плоть и смахнула бусинки слёз, брызнувшие из глаз, а потом рассмеялась. Маркус подхватил меня на руки и отнес в спальню. Напоследок бросив короткое: "Это пройдет", после чего исчез.
Я осталась одна в комнате, и так прошла первая неделя моего заточения.
В первый день, я размышляла о своей судьбе. Новый Маркус страшил меня. Разыгралась сцена, которая неоднократно прокручивалась в моей голове: Маркус узнал правду и пленил лгунью, ждать помощи не имело смысла - второй вампирский закон о неприкосновенности жилища. Но надежда есть всегда и сейчас, даже после всего, что произошло, мне казалось, я крепко держу её за руку.
Ещё, я много думала над словами Маркуса. О том, что они значили. О его пощечине и короткой фразе "это пройдет". К чему он отнёс её? К отпечатку пальцев на моей щеке или это о любви к Рексу?..
Улыбнулась про себя. Неужели я полюбила? Впервые в жизни! Это было радостно и горько одновременно... А Маркус, он сам того не понимая, заставил меня признаться в этом, не только ему, но и себе самой. Ведь я трусила, запрещая даже мысленно думать о любви.
И сейчас, признавшись в этом, я снова запретила себе думать о чувствах. Не время давать слабину и заливаться горькими слезами, сокрушаясь о своей судьбе. У меня есть маленькая передышка, чтобы придумать, как выбраться отсюда и если начать вскармливать жалость, то я просто оплету себя коконом, выхода из которого не будет.
В этот день, меня не беспокоили. Приветливая горничная приносила еду, которую вечером забрала обратно, ведь я так и не смогла к ней притронуться. Тогда я не знала, что Маркус настроен очень решительно. Вечером он пришёл ко мне и потребовал, чтобы я позвонила папе, предупредила об отсутствии. Блондин оставался в комнате, пока я кое-как, врала отцу и только потом пошёл к выходу. Осмелилась остановить его и спросить о возможности ездить на учебу. Ведь чтобы сбежать, мне требовалось покинуть дом. Это было главной задачей. Но вампир ничего не ответил, неопределённо пожав плечами.
- Нравится сидеть в комнате целый день?
Я вздернула подбородок и отвернулась к окну.
- Нравится, - бросила.
- Отлично.
Мужчина ушёл, а на следующий день, когда я решила прогуляться по саду, меня ожидал неприятный сюрприз. Хозяин запретил покидать комнату. Я была удивлена и разгневана. Маркус решил "дрессировать зверушку". И мне, скрипя зубами, пришлось принять условия, ведь альтернативы не было.
Радовало то, что в этот день я смогла поесть. Горничная тоже была довольна, ненавязчиво интересуясь моими предпочтениями в еде. Так прошли следующие шесть дней. Все - как один. Иногда, вампир приходил ко мне, позволяя немного поговорить с отцом, а затем, без лишних слов удалялся.
Утром, третьего дня, я просила горничную передать Маркусу, чтобы он дал мне возможность прогуляться. А спустя несколько часов, когда женщина вернулась, сообщила, что хозяин не дал такого согласия. Я разозлилась. Он не хотел проучить меня, это была именно дрессировка!
С этого момента, я больше ни о чём не просила, подолгу просиживая у окна и считая, бесконечно тянущиеся минуты...
Маркус пришёл, когда седьмой день подряд я разглядывала один и тот же пейзаж за окном и потолок, на котором было ровно двадцать две диодных лампочки и пять обычных. Он остановился в дверях. Я сидела в кресле напротив окна и медленно пила воду с лимоном. На мне были простые леггинсы и свободная кофта. Волосы собрала в косу, которую перекинула на плечо. Сидела подогнув ноги и смотрела в окно, за которым, также, как и на потолке, была изучена каждая мелочь.
- Привет, - мужчина начал разговор, но я даже ухом не повела. Думал выдрессировал любимую "собаку" и теперь я принесу ему тапки в зубах? Нет, блондин, ты ошибся. - Дуешься? - Я сделала несколько медленных глотков и поставила стакан на столик. - Прогуляемся сегодня? - Всё же полоснула блондина злым взглядом, и он улыбнулся. Как мило. Удовольствие получаем?
- Тебе ни что не мешает, Маркус. Ты можешь гулять сегодня, завтра и вчера.
- Острим? Хорошо. Иначе, я бы разочаровался.
- Значит возможно разочаровать тебя и покинуть?
- Нет. Покинуть меня не возможно. Даже не пытайся, будет только хуже, - нескрываемая угроза и снова улыбка, способная очаровать целый мир. - Не напрягайся, Пэт. Я просто предупредил. Ты же умница и понимаешь последствия.
- А как же моя жизнь, Маркус? Если мне ничего не позволено, тогда пошло оно всё к чёрту!
- Успокойся, Пэт. Мне не нужны истерики.
- Они никому не нужны... - проговорила, вспоминая слова отца, мы часто ссорились с ним и под конец, он всегда с раздражением говорил о том, как ему надоела я и мои истерики.
- Кто-то уже говорил тебе эти слова?
- Хочешь зацепиться за моё прошлое?
- Хочу изучить тебя вдоль и поперек. Мне нравится это делать.
- Многое успел изучить?
- Достаточно. И всё же есть интерес к первоисточнику, к тебе Пэт.
- Я не буду ничего тебе рассказывать. - Сложила руки на груди.
- Так сильно обиделась, что я запер тебя в четырех стенах? - Вампир усмехнулся.
- Запер в четырёх стенах, пытался изнасиловать... - я начала демонстративно загибать пальцы, но мужчина перебил меня.
- Но прежде спас. И я не пытался тебя изнасиловать - думал закончить то, что мы начали вместе. В моих фантазиях, мы не останавливались и делали это неоднократно, - и снова низкие, хрипловатые интонации в голосе.
- Не продолжай, Маркус, - больше всего, мне хотелось прекратить полёт его фантазий. Они слишком опасны для меня.
- Ты даже не представляешь, как мне хочется продолжения... - мужчина приблизился, но я остановила его, выставив руку вперёд.
- Хватит. Мне надоели эти игры.
- Я не играл с тобой, Пэт. Моё желание настоящее, - лукавая улыбка. - Ты бы могла его потрогать. Оно не эфемерно.
- Пытаешься разозлить и напугать меня?
- Нет, сгораю от невозможности обладать тобой. Но я терпеливый, Пэт. И я тебя получу.
- Хочешь сделать из меня любовницу?
- Жену. У меня серьёзные намерения.
Сглотнула, нервно погладив себя по рукам. Только этого мне не хватало. Но после его недавних откровений, это не шокировало так сильно, как могло бы.
- Я никогда не выйду за тебя. И любовницей не стану.
Маркус подошёл ко мне и мягко привлёк к себе.
- Обними меня, Пэт. Прошу, - это не был приказ, тем не менее, мужчина сказал это достаточно выразительно. Я нехотя подняла руки и положила ему их на талию. Вампир чмокнул меня в макушку, я же сильно закусила губу, от внутреннего протеста. - Это ты сейчас так говоришь. Но скоро, ты забудешь вашу интрижку. А как только ты забудешь, влюбишься в меня. Я ведь нравлюсь тебе, Пэт. Всегда нравился. - Блондин чуть отстранился, заглядывая мне в глаза. - Я не буду на тебя давить. Всё произойдет постепенно. У меня есть только одна просьба - без глупостей, моя красавица.
Губы вампира коснулись моего виска, а руки, чуть стиснули объятия, заставляя уткнуться лицом в грудь. Мужчина глубоко вдохнул, а затем, нехотя выпустил меня из рук.
- Видишь, Пэт. Не страшно. - Он улыбнулся и вроде бы добродушно, но всё равно по-волчьи. - А теперь, собирайся. Прокатишься со мной, хватит сидеть в четырёх стенах затворницей.
- Приказ? - конечно, я умирала от желания вырваться отсюда, просто "прощупывала почву" дозволенного.
- Это не приказ, Пэт, просьба. Но, что касается правил, они есть. Их два. Первое - будь послушной и второе - не делай глупостей, о которых пожалеешь. Ты быстро научишься их соблюдать. Это просто.
- А если нет?
- Накажу, - ни тени улыбки на серьезном лице и никакого сексуального подтекста. В комнате стало будто холоднее, и я поежилась, под колючим взглядом карих глаз.