На такую ерунду сейчас нет времени. Рывком встав, тряхнула головой, отгоняя беспокойные мысли, и бодрым шагом направилась в сторону кабинета фарна Земезиса. Отчего-то настроение заметно улучшилось — видимо, мой многострадальный мозг не выдержал такой нагрузки и полностью отключил какие бы то ни было тормоза. По крайней мере, сейчас я чувствовала себя готовой к диалогу с ректором, как никогда.
Когда я миновала учебный блок и вышла к коридору, где начинались кабинеты преподавателей, двигаться стало заметно легче — тут почти никого не было, так, небольшие группы студентов, да и те в основном стояли вдоль стен, переговариваясь о чем-то между собой.
Ректору академии Верховных, и по совместительству правителю всего мира, могли выделить в нашей объективно далеко не высшей школе лишь один кабинет — в самом конце блока, где всегда царит тишина и покой. Вероятно, оттого, что кроме огромного кабинета для особых гостей там больше ничего и не было.
Наконец я оказалась перед нужной дверью. К моему удивлению, она была незаперта, а изнутри прямо под ноги разливался мягкий желтоватый свет. Дверь вызывала восхищение — высокая, украшенная изящной резьбой темного дерева, она сильно отличалась от других, что были в здании. Я не удержалась и коснулась пальцами шероховатой поверхности. Теплая… так странно.
Набравшись мужества, я в последний раз с тоской оглядела пустынный коридор, осознала, что назад дороги нет и крепко сжала дверную ручку. На секунду даже прикрыла глаза — кто знает, на какие охранные заклинания этот странный колдун запечатывает вход? Раз уж может позволить себе оставлять дверь открытой.
Ничего не произошло. Я качнула головой — похоже, сегодня мне везет!
От волнения не обратив внимания на обстановку кабинета, я буквально ввалилась внутрь и захлопнула за собой дверь, порывисто выдохнула. Так, ну а теперь…
— Однако, пунктуальность — отнюдь не ваш конек, — раздался вкрадчивый голос прямо над моим ухом.
Я едва не подпрыгнула. Рука сама молниеносно метнулась к бедру, где должны были быть ножны. Огладив лишь поверхность штанов из кожи рогоящера, я едва не зашипела от злости.
— Ну, ну, все хорошо, — сказал фарн еще тише, опустив неестественно горячую ладонь мне на плечо. Плотную ткань мантии едва не прокололи острые когти. — Я ждал вас.
Каких стоило усилий взять себя в руки! Я на миг прикрыла глаза, стараясь не обращать внимания на дрожь в коленях, и громко захлопнула дверь. Фарн хмыкнул и убрал руку, за спиной послышались мерно удаляющиеся шаги, затем вдруг стало так тихо, словно я осталась в кабинете одна.
Обернувшись, едва не ослепла — в глаза ударил удивительно яркий свет, будто фарн каким-то образом зажег в помещении само солнце. От неуместной ассоциации я поморщилась — вот уж никогда раньше в голову не лезла подобная чушь! Когда глаза привыкли к мерцающим тут и там радужным бликам, я смогла сфокусироваться на деталях. Так, кабинет — есть, шкафы — в наличии, стол — имеется, но куда же делся фарн?
Я медленно прошла вглубь помещения, пытаясь двигаться как можно аккуратнее — тут и там возвышались стопки книг, пергаментов, лежали насыпью кристаллы всех форм и расцветок. Едва не запутавшись в перевязанной замысловатыми узлами охапке артефактов связи, я покачала головой. Такого кабинета я уж точно еще не видела! Наконец обогнула стол из темного кристалла и застыла у открытого окна, в полном недоумении глядя на разлетающийся шелк штор. Ну в самом деле, не улетел же наш ректор? Или…
Вдруг краем глаза уловила движение сбоку и развернулась. Всего метрах в двух от меня, рядом с высокими старинными часами, открылась дверь, которой, готова поклясться, до этого я там не видела. Неужели проглядела? Хотя в плане школы, собственноручно украденном из архивов, второй комнаты в этих покоях я не помню.
Из-за двери показался фарн Земезис. Сердце пропустило удар. Почему, к пустошам, ректор вызывает во мне такие чувства? Сейчас, в то время как нужно быть полностью собранной и хладнокровной! Я постаралась хорошенько отругать себя, но голос разума был полностью проигнорирован. Все, что я смогла — сделать вид, будто жутко заинтересовалась бумагами, кривоватой стопкой сложенными на столе передо мной.
Фарн издал смешок, окончательно вогнавший меня в краску, и подошел ближе. Я отметила, что в руке ректор сжимает пару высоких пустых бокалов. К чему бы это?.. С совершенно непроницаемым выражением лица Земезис поставил их на гладкую поверхность стола и повернулся ко мне.