– Ты сделал это?! – я впилась глазами в его лицо. Только не это. Этого я просто не переживу.
– Нет, от этой низости я удержался. Потом Клаудия просто сказала мне, что полюбила твоего отца. И что, в отличие от меня, ему ничто не мешает быть с ней. Вскоре она окончила академию. Он тут же женился на ней и увез в свой замок, подальше от меня, предполагаю. Что оставалось мне? Несбывшаяся любовь. И старая Касадра, брюзжащая по любому поводу, – он горько усмехнулся.
А мне… несмотря ни на что, стало так жаль его. Так жаль… Я мотнула головой. Нельзя дать этой жалости затечь глубоко в душу. Я еще найду в себе сочувствие. Но сейчас я должна узнать все до конца.
– А что дальше? Что… про меня? – спросила я, сглатывая слезы.
– Хочешь знать, уверена?! Зачем тебе это знание, Астер?! Это сломает все.
– Я Хранитель. Я должна знать все! – со слезами в голосе крикнула я.
– Хорошо. Успокойся, – Герат понизил голос, вкладывая в него импульс успокоения. Только теперь на меня слабо действовали эти штучки. Помолчал. – Я долго ненавидел твоего отца. Возможно, в какие-то моменты я ненавидел и Клаудию. Узнав, что у них родилась дочь, ненавидел и тебя, плод их любви, его дочь, а не мою! Но когда они погибли, мне словно оторвали руку. Я плохо представлял себе, как жить в мире, где нет ее. И ненависть стала уходить. Знаешь, я съездил туда, видел обгоревшие развалины, слушал о том, как сгорели все. Но все же… я предполагал, что кто-то мог уцелеть. Думал, вдруг их дочь уцелела. Не поверишь – первые два года после их смерти я даже искал тебя.
– Зачем? – изумилась я.
– Хотел позаботиться. Обезопасить, – едко ответил он. – Но не нашел. Вся семья Сампрэ для меня была похоронена. А потом ты пришла на вступительное испытание…
– Что-о?! Хочешь сказать, ты узнал меня уже тогда?!
– Да, в тот момент, когда ты облила водой мою руку. В твоей водной силе было что-то знакомое. Как запах, аромат… забытый, но знакомый. Я увидел твое лицо и узнал. Ты тщательно накладывала иллюзию. Ты была почти не похожа на свою мать. Но если знаешь каждую черту ее лица, каждый изгиб фигуры, сходство уловить можно. Да и все данные сходились – сирота с необычайно сильной водной магией. И в тот же момент я понял, что ее дочь – единственная, кто может потушить мой проклятый огонь!
– Но почему тогда ты не хотел, чтобы я поступила?! Говоришь ведь, что хотел найти и позаботиться!
– Я сам тогда плохо понимал, чего хочу! – бросил Герат. – Я понятия не имел, что мне с тобой делать. Слишком внезапно ты появилась. Помнишь, я сказал: «Определите судьбу этой девушки без меня». Потому что я действительно не знал, что теперь делать с тобой. Я испытывал к тебе слишком противоречивые чувства. Неприязнь – что ты его дочь. И радость вновь видеть ее отголоски в тебе. И эта твоя уникальная способность… Я не хотел видеть тебя в академии поэтому. И не только. На мой взгляд, самым безопасным для тебя было вообще не получить магического образования, затеряться среди тысяч людей с начальной магической силой. Но мэтр Соло был прав, что ты могла не затеряться, а попасть в беду. Этого я не хотел. Знаешь, весь первый семестр, что ты училась, я еще думал спрятать тебя подальше. Отчислить, а потом обеспечить безбедное существование. Но потом…
– Что потом? – обреченно спросила я.
– Я решил спрятать тебя по-другому. На самом верху. Дать тебе образование, а потом сделать своей Великой. Так, чтобы никто не мог добраться до тебя. Кроме меня, разумеется. Заодно получить Великую, которая в состоянии решить мои проблемы с избыточным огнем. И знаешь… Это сложное чувство. Но твой отец, герцог, предлагал мне быть на его стороне. Я отказался. Кто знает, как все было бы, если бы я согласился. Где-то подспудно мне хотелось… В память о ней. В память о них… довести до конца их дело. Сделать то, что не доделал Сампрэ. Потом я наблюдал за тобой. Ты как-то запала мне в душу. Правда, я думал, что это память о Клаудии. А дальше ты все знаешь…
– А как еще? Разве не память?! – резко бросила я, посмотрев ему в лицо. – Ты любишь во мне мою мать, разве не так?
– Я люблю тебя, какая разница почему! – почти огрызнулся Герат. – Тебя. Ты похожа на нее, но ты другая. Клаудия была мягкой и нежной, гармоничной и самоотверженной. В тебе же есть похожее… но ты… ты другая! Ты взбалмошная, противоречивая, амбициозная в конце концов! Слишком чувствительная и неуравновешенная. Но я люблю тебя, именно тебя, вот такую! – он сжал губы и резко взял себя в руки. – Не нужно усложнять, Астер. Мы тратим время. Нам нужно работать.
– Работать?! – Я вскочила на ноги. – Ты хочешь сказать, ничего не изменилось?! Вот так просто – рассказал историю и давай действовать дальше?! Ты хоть понимаешь… – идиотские слезы все же потекли по лицу. В глазах Герата сверкнула боль, он шагнул ко мне, взял за плечи. Но я вырвалась. – Не прикасайся ко мне! Даже не пробуй! Тебе не скрутить меня теперь, моя магия сильнее! Хочешь попробовать?!