Когда мы дошли до конца, от напряжения свалились на пол. Пот катился по лицу и тут же холодел. Хотелось свернуться клубочком, отдохнуть, как-то свыкнуться с пережитым страхом.
– Нет времени! – простонала я. Собрала тугой комок силы внутри и распустила его в теле как импульс восстановления и спокойствия. Заметила, что Тария, глядя на меня, сделала то же самое.
И все же мы немного пошатывались, когда свернули в направлении, противоположном указанию стрелки. Здесь было очень темно, но на всякий случай зажигать огонь не стали. Вместо этого Тария применила сложный прием ночного видения, так что мы смогли пусть и расплывчато, но видеть в темноте.
Мы отклонились от курса испытания. Никаких препятствий, кроме темноты, здесь не было. Постепенно я начала ощущать, где на отдалении лежит мой дракон. Там, за стенами, за толщей камня.
Наверное, мы шли недолго, но внутри меня все просто сворачивалось от тревоги и нетерпения. Наконец я остановилась. Вот здесь.
– Прямого пути нет. Но зал с драконом – вот тут, за стеной, – тихо пояснила я Тарии.
– Что ты хочешь сделать? – удивилась она.
– Расплавить стену! – рассмеялась я. Близость дракона придала мне сил. Дух словно взлетал при мысли, что сейчас я увижу его и наверняка смогу разбудить. Разбудила ведь в Тарии Хранителя, а маленьким дракончикам моя сила дала крылья.
А еще… здесь должен быть Герат. Господи, пусть будет! Я попрошу прощения, я приму все. Мы будем вместе. И вместе полетим на драконе.
– Вернее, вот так! – я провела рукой, огнем очерчивая арку, в которую сможет пройти человек. Другой рукой направила силу. Здесь было сложнее, чем с каменным блоком в первом испытании. Меня и зал с драконом разделяли многие тонны скальной породы.
С шипением и треском, медленно, неохотно, но камень под аркой начал распадаться. Тария помогла – аккуратными потоками воздуха разогнала пыль так, чтобы та не мешала. И вот перед нами был проход.
Мы оглянулись по сторонам, не идет ли кто-нибудь из людей Клауса или, не дай бог, он сам. Никого не было. Полная тишина в темном подземелье.
Я первая прошла под аркой.
В зале лежал немой каменный дракон.
Герата не было. Сердце ухнуло вниз.
«Может быть, нужно подождать, он еще не успел?» – подумала я. Но тут же поняла, что лишь пытаюсь себя успокоить. Если бы Герат мог, он бы уже был здесь.
Глава 59
«Если меня нет, значит, война началась», – вспомнилось мне опять.
Значит, это произошло. Война настигла нас. А у меня остается только дракон. Лишь на него надежда. Впрочем, нет, есть еще один Хранитель. Но без Гайнира мы с Тарией вряд ли сможем победить семейку Статира и спасти Герата.
– Проследи, пожалуйста, чтобы никто не появился ни отсюда, ни с центрального входа, – попросила я Тарию. Она быстро нанесла защиту на оба входа – если кто-то появится, раздастся звон. А потом, как заправский охранник, встала посредине зала, сложив руки на груди, и поочередно оглядывала оба входа.
Со слезами на глазах я подошла к дракону. Привычно села на кончик хвоста, обвивавшего огромное тело. Обняла драконью голову.
– Гайнир, миленький, я пришла. Проснись, пожалуйста, я теперь Хранитель, – на всякий случай сняла маскировочный амулет и положила рядом с собой. – Смотри, – улыбнулась я дракону. – Вода, – я прижалась мокрой щекой к морде дракона. – Мы уже пробовали, просто я еще не была Хранителем…
Мои слезы, как в губку, впитались в камень. И так же, как тогда, он начал нагреваться.
– Воздух, – сказала я и ласково дунула на морду Гайнира. Вложила в маленький поток больше силы, заставила пощекотать каменные ноздри.
Да, мне не кажется! Камень нагрелся еще сильнее. Даже стало горячо сидеть.
Я привстала.
– Земля, Гайнир! – От радости, что получается, в голосе прибавилось твердости, слезы на щеках высохли. Дунула снова и превратила свое дыхание в крупицы пыли-земли, заставила их светиться, усыпала ими морду дракона. Они тоже просочились внутрь камня.
От дракона пошел уже ощутимый жар. Мне пришлось отойти на пару шагов.
Осталась одна стихия.
– Огонь, – сделав жест рукой, я зажгла на ней небольшой огонек и провела им по драконьей морде, пламя впиталось в камень.
Жар стал нестерпимым, и я отскочила в сторону.
– Проснись, королевский дракон Гайнир! Вернись в свое тело! – сказала я, не стесняясь пафосных фраз.
Дракон пылал, казалось, внутри камня разожгли топку. Жар, как от гигантской печи, расходился по залу.
– Ну просыпайся же, Гайнир! Мало времени… – прошептала я.
…Мы ждали долго, но ничего не происходило. Камень нагрелся еще сильнее, а потом начал остывать. Так и не остыл до конца, остался теплым. Но дракон не пошевелился, не скинул тысячелетнее оцепенение.