Не взорвалось. Облако начало рассасываться, а лицо Бара медленно, но неуклонно превращалось в непроницаемую маску. И тут произошло то, чего я никак не ожидала.
Бар сделал пару шагов по направлению к Родверу. Почтительно склонил голову и произнес:
– Старший брат, я больше не буду стоять на пути у тебя и твоей истинной пары.
Повисла тишина. Мы с Родвером переглянулись, не зная, как реагировать. Что же такое понял Бар, неясное нам?
Мое сердце тревожно забилось. И тут дракон запрокинул голову вверх и завыл от боли, словно был в своей хищной звериной ипостаси. Интуитивно я понимала смысл. Сегодня Бар потерял ту, кого считал своей истинной парой…
Глава 31
– Давай выйдем. Ему нужно излить… это, – сказал Родвер. Да, наверно, растерянно подумала я и пошла за ним к выходу. Мы оказались в моей голубой гостиной, где весь декор был выполнен в голубых тонах.
– Ты хорошо понимаешь, что это значит? – спросила я у него, сев в кресло. Сердце разрывалось от боли за Бара, мысли в голове метались. А из-за закрытой двери все еще доносился отчаянный вой раненого дракона.
– Не очень, – серьезно ответил Родвер. – Ясно лишь, что профессор пришел к окончательным выводам по поводу нашей с тобой связи. И убедился в моей непонятной драконьей природе.
– А тебя это никак не волнует?! – почти огрызнулась я в ответ на его невозмутимость.
– Волнует, Магрит, – неожиданно искренне вздохнул он. – Я даже ощущаю такое… особое предвкушение. Понимаю, что сейчас дракон успокоится и найдет в себе силы объяснить нам. Я узнаю что-то о себе. Но пойми, – он горько улыбнулся уголком губ. – Я привык жить, ничего не зная о себе – кто я, какой была моя жизнь. Я привык к одиночеству и работе. Ощущение, что никакие новости не потрясут меня, слишком привык, что могу оказаться кем угодно.
Теплое сочувствие разлилось у меня внутри. Наверно, только тогда я смогла, наконец, по-настоящему простить ему обман с Гаурином Бригсом.
Мы не успели ни о чем больше поговорить. Вой за дверью стих, дверь открылась, и в гостиной показался Бар с… тремя чашками кохве. Он умудрялся удерживать в руках их все сразу.
Лицо у него было невозмутимое, явно полностью взял себя в руки.
– Перейдем в гостиную? – он даже подмигнул мне. – Помнится, я уже был здесь много лет назад, когда ты только-только стала ректором. И кажется, теперь моя очередь рассказывать.
На этот раз встал Родвер и тоже почтительно поклонился:
– Благодарю, что вы все еще с нами, – сказал он, имея в виду, что Бар смог отринуть личные переживания и думать о «судьбах мира». Бар с усмешкой кивнул ему. Вскоре мы сидели в креслах вокруг круглого столика, попивали кохве и Бар рассказывал о своем путешествии.
– Я бы сказал, что в главном мой визит домой был бесполезным. Драконы не окажут нам помощи. Им все равно. Пока мир и их жизнь в безопасности – дела людей их не интересуют. Даже если кто-то из драконов плетет козни против Эйдорина. Кстати, никто не пропадал. Знаете, некоторые мои собратья и так живут в других странах или на островах вокруг. Это не запрещается. Уследить за всеми невозможно. Так что наш дракон может оказаться кем угодно. Но все же это был небесполезный визит. Я узнал кое-что о Лабиринте и драконьем прошлом. И, похоже, о вас, Гайнорис.
– Драконы что-то знают обо мне? – удивленно поднял брови Родвер.
– Не о Родвере Гайнорисе, разумеется, – с усмешкой ответил Бар. – Слушайте. Как я говорит, мой народ не ведет летописей. Но есть легенды – широко известные и малоизвестные. Я обратился с вопросом про Лабиринт к старейшим из драконов, к тем, кто помнит предания многотысячелетней давности. В разговорах с одним из них я и провел эти дни – не так просто было из легенд и шуток, которыми он их сдабривал, вычленить полезную информацию. Наши старички любят подшучивать над молодежью… Так вот, прежде у драконов, оказывается, были предания о Лабиринте, – Бар выдержал паузу, потом продолжил, видимо подражая интонациям того древнего дракона, что рассказывал ему сказки. – Когда-то, друзья мои, в нашем мире не было моего народа. Но жили другие драконы – великие магические существа, отличавшиеся от нас тем, что не имели человеческой ипостаси. Они называли себя Хранителями мира, следили за порядком и защищали мир от извечного противника, которым был… Насколько я понял, это некий древний дух огня – огромное существо, похожее на гигантскую человекообразную фигуру в ореоле пламени, способное лишь жечь и разрушать, – последнюю фразу Бар сказал уже своим голосом.
– Огненный демон? – спросила я. По спине пробежали холодные мурашки. Только огненных демонов нам и не хватало!