– А обращаться я буду?
– Вряд ли, – ответил Бар. – Во-первых, Гайнир был драконом с одной ипостасью. В его магии не заложено обращение. А во-вторых, чтобы обращаться – нужно родиться с особым типом тела, способным распадаться на частички и собираться вновь в другом облике. Вы уже родились человеком. Подобная перестройка невозможна.
Бар замолчал, повисла тишина. Я сама сидела ошарашенная. Все это слишком похоже на правду – фантастическую, невероятную, но правду. Просто нужно время, чтобы это, очевидное для дракона Бара, улеглось в наших с Родвером человеческих головах. Впрочем, теперь лишь мою голову можно было назвать полностью человеческой…
Родвер покачал головой, потом вдруг рассмеялся, словно решившись:
– Что ж, профессор. Я склонен поверить в вашу версию. Думаю, еще один «дракон» нам не помешает, не так ли, господа? Так на нашей стороне будет уже два дракона. Но… – Он посерьезнел и поглядел на меня: – Магрит, я не буду настаивать, чтобы ты сделала из меня дракона. Только если сама захочешь.
Я опустила взгляд. Теперь получалось, что быть с Родвером нужно просто-напросто для пользы дела. Быть с ним, общаться, спать с ним… Даже непонятно, как к этому относиться. Мне не оставлено выбора. Это не очень приятно. Но я – ректор. Если для защиты академии моей обязанностью станет «быть» со своим секретарем – я пойду на это.
– Я сделаю все, что необходимо, чтобы мы могли победить, – ответила я ровно. – Если для этого нужно сделать из тебя дракона, я сделаю.
– Обсудите это потом! – рявкнул Бар, сжав кулаки. – Как вы там… будете общаться дальше.
– Хорошо, Бар, не кипятись, – улыбнулась я мягко, и опять повисла тишина.
Первым ее нарушил Родвер:
– Итак, тогда получается, что эти заговорщики из Самборы – еще недурно бы понять, не замешан ли в этом самборийский королек, – видимо, откуда-то тоже знают, что в Лабиринте спит огненный демон. И знают, что скоро он должен проснуться. Вероятно, они хотят как-то натравить его на Эйдорин… Опасная игра, ничего не скажешь, такое оружие легко пойдет против хозяина.
– У меня есть ответ и на этот вопрос, – усмехнулся успокоившийся Бар. – Легенда гласит, что если разбудить демона чуть раньше, чем он сам очнется, – не знаю, впрочем, каким именно образом, – то обретешь над ним власть. После столь длительного сна он будет буйствовать дольше, чем обычно. Хватит времени, чтобы натравить его на всех неугодных тебе и обрести власть, допустим, над всем континентом.
– Ах вот в чем дело! – воскликнула я. – Вот и выходит, что они хотят проникнуть в Лабиринт и разбудить его досрочно! Значит, они не должны получить ключ ни при каких условиях…
– Все немного хуже, Магрит, – сказал Родвер. – Демон все равно проснется, даже если мы остановим их. Раз они так сильно засуетились, значит, этот миг не за горами. Мы должны настоять на полной эвакуации не только академии, но и всей столицы… И найти Камень вод – за три дня. Придется повторить «мой» прежний подвиг. Заманить демона к океану и потушить огромной волной. Полетим на вас, профессор, если не возражаете. Вопрос: где нам найти этот Камень? Но другого выхода я не вижу. Кто-нибудь еще знает, что делать? – он обвел нас с Баром жестким и озабоченным взглядом.
А во мне вдруг что-то вспыхнуло. Я представила себе, как король объявляет полную эвакуацию. Паника, толчея, люди, которых затоптали во время отчаянного бегства. Ведь никакой королевский указ не заставит народ сохранять спокойствие, когда возникнет угроза появления огненного демона. Мне самой становится не по себе от одной мысли, что он спит где-то прямо под нами.
– Я знаю, – ответила я. – Мы должны затопить Лабиринт. Странно, что прежде об этом никто не догадался. Если демон будет спать в огромной луже, то вряд ли его пламя проснется.
Родвер и Бар в изумлении уставились на меня.
– Ты гений, Маг, – искренне сказал Бар. А Родвер протянул руку, взял мою кисть и молча поцеловал.
Ну вот, хоть тут я могу быть полезной. Думать и догадываться у меня всегда получалось лучше, чем сражаться.
– Протянуть водопровод туда будет сложно. Это долго, да и не хватит напора, – продолжила я. – Мы спустимся в Лабиринт и вскроем водные жилы. Там есть грунтовые воды, я точно знаю. Когда ходили за сотрясателем, я это ощутила – как все растениеводы, я чувствую воду. Вскроем сразу много источников, думаю, за несколько дней они затопят Лабиринт полностью. Потом закроем, чтобы в академии не случился потоп, – улыбнулась я.
Мужчины молчали. Бар задумчиво глядел на меня. Родвер словно взвешивал что-то мысленно. Потом сказал:
– Ты права, Магрит. Так и поступим. Завтра. Сегодня ты слишком устала. Мне не нравится, что ты полезешь в Лабиринт, но, похоже, тебя не удержать… – усмехнулся.