Гости пили из серебряных кубков. Катя отметила, что собрались уже все ее знакомые, разве что Анжелики не было.
Порфирио Фарнезе, одетый в брюки и черную рубашку, как и многие другие мужчины — без пиджака и галстука, держал в руках меч и, показывая на рукоять, что-то объяснял собравшимся дамам.
Но когда увидел Лайонела, интерес к восторженным девушкам тут же пропал, он сунул меч в ножны, после чего спешно отвязался от благодарных слушательниц и направился к своему врагу.
Катя заметила в углу за деревянным столом Вильяма и помахала ему.
Он кивнул ей, но не поднялся. Выглядел тот расстроенным и скучающим. В вечернем костюме, при шейном платке, оружие молодого человека, похоже, совсем не занимало. Рядом с ним сидела симпатичная девушка по имени Ольга. Катя пару раз видела ее у Бриана в компании бывшей подружки Георгия Анны Орловой. Девушка всячески пыталась привлечь внимание Вильяма, но тот смотрел с тоской на свой кубок и лишь изредка вежливо улыбался на очередную реплику Ольги.
— Ну, наконец-то, — схватил Катину руку Порфирио и прямо на глазах у Лайонела демонстративно выложил дорожку из поцелуев на ее запястье.
Девушка в ужасе отдернула руку и отступила.
Аделина гортанно засмеялась, наблюдая за мужчинами, отметив:
— Кажется, у нас намечается поединок.
— Со смертельным исходом, — холодно изрек Лайонел.
Порфирио подмигнул Кате и, тронув рукоять меча, проронил:
— Надеюсь, вы простите мне, если я слегка поцарапаю вашего кавалера. — В красивых карих глазах заплясали огненные дьяволята.
Девушка видела, что Лайонел взбешен, лед в его глазах заострился, превращаясь в сотни остриев мечей с беспощадным стальным блеском. Но следя за взглядом хозяйки замка, по-свойски скользящим по молодому человеку, в животе вспыхнул огненный шар ярости. Сама того же желая, Катя улыбнулась и у нее вырвалось, как ей показалось, до неприличности игриво:
— Попробуйте, Порфирио.
Музыка Чайковского оборвалась, и ей на смену грянула «Вечерняя серенада» Шуберта — тревожно-опасная, томительно-печальная и глубокая.
Катя поняла, что ей стоило промолчать.
«От моих постоянных упреков изменишь, пожалуй», — подумала она. Но дальше себя бичевать не удалось, потому что явилась еще одна гостья, привыкшая к абсолютному и безоговорочному вниманию.
В зал вошла Анжелика. Наряд ее был предельно прост и строг, но в то же время не лишен изюминки. Очень короткая кожаная черная юбка, длинные перчатки, высокие мягкие сапоги, чашечки бюстгальтера из черепашьих панцирей, от которых тянулись кожаные ремешки к шее и за спину. Длинные золотистые волосы девушка уложила на затылке шпильками. При каждом шаге на боку покачивалась шпага.
Первая красавица города, как обычно, выглядела умопомрачительно, но все смотрели не на нее, а на того, кто стоял рядом с ней, держа под руку.
Катя пораженно перевела взгляд на Лайонела и выдохнула:
— Ты ведь знал! Так вот о какой трусости шла речь…
Молодой человек усмехнулся:
— Пойду, что ли, кину ей спасательный круг… за смелость. — И он направился к прибывшей паре.
Катя поспешила за ним, не желая оставаться наедине с неприятной Аделиной и слишком пылким Фарнезе. Понимала, конечно, что Тьеполо ей определенно не обрадуется, но увидев сегодня девушку, она осознала одну истину: несмотря на историю их непростых отношений, соперница всегда находилась рядом и стала важной частью ее жизни. Читая газеты и журналы, Катя первым делом выискивала новости об Анжелике. Слушая рассказы Лайонела или кого-то другого о мероприятиях, всегда интересовалась, появлялась ли на них Анжелика, в каком наряде, что делала и говорила. С Давыдовом подружилась лишь потому, что тот без конца мог говорить о первой красавице.
А Лайонел на днях даже заявил: «Если тебе так интересно, как поживает Тьеполо, позвони ей и спроси! Она тебе расскажет…»
Катя тихонько вздохнула, морально готовясь к расстрелу острыми шпильками.
Анжелика крепче сжала руку своего спутника и натянуто улыбнулась приближающемуся Лайонелу. Героическое желание ее поддержать девушка оценила, но тень улыбки на лице его рыжей подружки привела в бешенство. Конечно, та злорадствовала. Заполучила лучшего, сильнейшего мужчину и теперь могла на всех и вся смотреть свысока.
Лайонел пожал руку Даймонду и, как девушке показалось, вполне искренно сказал:
— Рад видеть. — После кивнул на шпагу у нее на боку: — Полагаешь, все уже забыли прошлогодний турнир и кто-нибудь согласится с тобой сразиться?