Молодой человек взял сотовый и, набрав внутренний домашний номер, потребовал:
— Немедленно зайди ко мне!
Кира с двумя косами на пробор, одетая в кружевное сиреневое платье, вошла в кабинет и приблизилась к столу.
Взгляд фиалковых глаз упал на лист — девочка тихонька ахнула.
— Они не имели права… как посмели?! — Она закрыла лицо ладошками, ее маленькие хрупкие плечи затряслись от рыданий.
— Хватит, — сердито прервал ее всхлипы Лайонел. Поднялся, обошел стол.
Кира в ужасе отшатнулась, запнулась о кресло и упала в него. Молодой человек угрожающе навис над ней.
— Вот, значит, какие у тебя мечты!
Девочка беззвучно плакала, глядя на него.
— Преподаватель задал тему и пообещал, что мы не будем сдавать работы, — прорыдала она. — Он обещал…
— Что ты мелешь, какое это имеет значение?! — прорычал Лайонел, схватил лист со стола и тряхнул им перед ее лицом. — Ты действительно полагаешь: единственная проблема во всей истории — что я обо всем узнал?
— Я этого не хотела… я…
Он выпрямился, вернулся к своему креслу и вынул из нижнего ящика стола плетку.
— Твое желание мне ясно, и я выбью его из тебя, — пообещал молодой человек. Схватил ее за шею и поволок за собой.
— Лайонел, пожалуйста… пожалуйста, — шептала девочка, цепляясь за рукав его рубашки.
Они миновали коридор, озаряемый свечами в канделябрах, и поднялись в башню. Молодой человек запер дверь на защелку.
Кира попятилась, невнятно бормоча:
— Прости, прости меня… я так виновата.
Лайонел поднял глаза, посмотрев на люк в потолке, дернул за лесенку и открыл его. Лучи закатного солнца проникли через квадратное отверстие. Девочка отскочила в сторону, прижавшись спиной к стене.
Молодой человек бросил рисунок на пол, в красках заплясали солнечные лучики.
Кричи, — едва слышно промолвил он, — кричи, если хочешь. Когда сюда ворвется Йоро, чтобы в очередной раз спасти тебя, он увидит вот это, — Лайонел указал плеткой на рисунок посреди комнаты. — Сделай больно наивному мальчишке! — Затем рывком вытащил девочку прямо на солнечный свет. Та обеими руками зажала себе рот и зажмурилась.
Молодой человек закрыл люк, размахнулся и ударил девочку плетью. Кира не издала ни звука, на лице, руках и груди пролегла кровавая полоска. За ней появилась еще одна, пересекающая предыдущую, образуя крест. Потом еще и еще.
Лайонел вновь открыл люк, у девочки вырвался еле слышный стон. Ее трясло от боли, руки, зажимающие рот, дрожали, и по ним текла кровь, сияющая в оранжевых лучах заходящего солнца. С порывом ветра зашумели кроны деревьев, растущих у дома, и желтые листья посыпались в люк. Один из них упал на голову девочке, скатился по лбу, застряв в окровавленных пальцах.
Лайонел захлопнул люк и обрушил на Киру новые удары плети. Он хлестал ее до тех пор, пока девочка не осела на пол. Мокрые от крови руки, дрожа, соскальзывали с лица. Кира навалилась на них всем телом, чтобы удержать ладони у рта и не закричать. Из зажмуренных глаз текли кровавые слезы. Она прижала колени к животу, сворачиваясь в клубок возле заляпанного кровью рисунка.
«Моя мечта» было написано сверху и обведено несколько раз карандашом. А на листе с портретным сходством изображены двое: златовласый мужчина и девочка с белоснежными волосами, чьи тела в страсти сплелись на постели.
Лайонел бросил плетку на пол и вышел за дверь, закрыв ее на засов.
Он спустился на второй этаж и возле своего кабинета столкнулся с Катей.
— Кровь? — удивилась она, проведя пальчиком по бисеру капель у него на груди.
— Обрызгался, когда наливал из бутылки.
Катя, улыбаясь, прижалась щекой к его плечу.
— Я соскучилась. А ты?
— И я.
Она засмеялась.
— Тебя, как и меня, переполняет нежность и любовь?
— Что-то вроде того, — задумчиво промолвил он.
Ранним утром Лайонел поднялся в башню и отворил дверь.
Кира сидела на полу в рваном окровавленном платье, привалившись спиной к дивану. Рядом с ней лежала горка мелко-мелко изорванных бумажек. Шрамы на теле и лице затянулись, фиалковые глаза были сухими, губы плотно сжаты.
Молодой человек подождал, пока она посмотрит на него, но, так и не дождавшись, спокойно спросил:
— Мне заняться с тобой любовью?
Девочка поднялась и молча вышла из комнаты.
Лайонел удовлетворенно кивнул.
— Так я и думал. Детские иллюзии рождают глупые мечты.
— Что с тобой? — Юноша присел на край постели.
— Ничего, — отвернулась Анжелика, натягивая повыше шелковую простыню.