— И он отказал вам в аудиенции, — просто добавил призрак.
— Как отказал?! — не поверил Поттер. — Может, вы не так поняли, сэр Николас? Мне он не может отказать!
— Почему? — кротко спросил Безголовый Ник.
— Потому что он был ко мне искренне привязан! — Гарри в волнении заметался по лужайке. Разбуженный воплями крестраж недовольно забулькал под кустом. — Что он конкретно сказал? — в Поттере проснулся профессионал.
— Альбус Дамблдор сказал, что в Визенгамоте начинается ряд очень интересных слушаний, и он просто обязан присутствовать на своём министерском портрете. Затем будет подготовка к новому учебному году, и без его помощи Минерва, конечно же, не справится. Таким образом, у него совершенно нет времени на приём посетителей. Может быть, после Рождества или ближе к Пасхальным каникулам… Но он шлёт вам сердечный привет, с пожеланиями всего наилучшего.
Верить не хотелось, но пришлось. Безголовому Нику врать было ни к чему.
— Гарри, — всё также доброжелательно произнесло привидение, — в Хогвартсе есть ряд картин, обитатели которых будут рады вас видеть.
— И кто же это? — горько хмыкнул Поттер.
— Портреты тех, кто погиб в Последней битве, и два директорских портрета: профессор Финиас Найджелус Блэк и профессор Северус Тобиас Снейп.
Глава 2. Запортретье
Ему орали в уши, били по плечам и спине, обнимали, хохотали… Гарри растерянно улыбался в беснующейся толпе подростков. Взрослые пробились к нему лишь тогда, когда молодежь досыта набузилась.
— Рад тебя видеть, Гарри, — теперь уже он сам изо всех сил сдавил в объятиях Ремуса Люпина, умудряясь при этом пожимать руки малознакомым, а то и вовсе незнакомым «фениксовцам».
— А вырос-то как! — хихикнула Тонкс, щекоча ему шею розовой шевелюрой. — Откормила тебя Джинни, ох как откормила! Настоящий бугай! — Поттер краснел, смеялся и норовил незаметно вытереть мокрые глаза. Он был счастлив.
Искушение пройти по приглашению Снейпа на его холст в директорском кабинете, а оттуда проорать Дамблдору всё, что о нём думает, было очень велико. Однако, видеть бывшего профессора зельеварения хотелось ещё меньше. Одно дело восхищаться его подвигом издали и заодно ностальгировать по школьным временам и беззаботным детским шалостям. И совсем другое — встретиться лицом к лицу. Вряд ли нарисованный Снейп намного приятней живого. Да и что им друг другу сказать? Сердечно поблагодарить профессора за всё хорошее… А оно ему надо? Выслушивай потом лекцию об отсутствии мозгов, зазнайстве и преступной похожести на отца. Гарри был уверен, что зельевар его зовёт именно за этим. Небось, теперь Снейпу и поругаться-то не с кем, не на кого яд сцедить, а тут такой подарок судьбы… О чём беседовать с давно почившим патриархом семьи Блэк, Гарри и вовсе не представлял. Не особо раздумывая, он открыл проход прямиком в картину друзей. Теперь он это умел.
Огромное полотно с батальной сценой Битвы за Хогвартс висело в Зале Славы — среди всевозможных кубков и памятных табличек. С виду на холсте всё было вполне пристойно: сверкали заклинания, сражались друг с другом противники, горел в ночи замок… А в запортретье царила совсем другая атмосфера. В отсветах пожара вольготно разместились на пригорке защитники Хогвартса, перед которыми пылал костёр из обломков домика Хагрида. На вертеле жарился здоровенный кабан, в очередной раз отнятый у незадачливых охотников на «лесной» картине. Мальчишки притащили выменное у монахов пиво, девочки обнесли близлежащие натюрморты, а Тонкс уже хозяйственно расставляла на скатерти разномастные тарелки.
Гарри, охрипнув от долгого рассказа, расслабленно развалился на траве рядом с Люпином. В небе, сквозь густую пелену дыма от горящей Северной башни, загадочно перемигивались звёзды. Шумел Запретный лес, пахло гарью. Вокруг суетились люди, многих из которых Поттер собственноручно хоронил. Например, Лаванда Браун угощала виноградом Сибиллу Трелони, раскладывающую карты на своей расстеленной шали. Местная Трелони витала в столь отдалённых сферах, что достучаться до неё не было никакой возможности. Колин Криви спорил с Эрни Макмилланом, запальчиво выкрикивая нечто обидное. Как всегда напыщенный и пафосный староста Хаффлпаффа в конце концов отвесил Колину увесистый подзатыльник и отправил выполнять какое-то задание. Падма Патил нянчилась с крестражем, напевая ему детскую песенку. Ни внешний вид, ни повышенная слюнявость Томми её не смущали. Железная Леди, да и только! Рядом с ними Фред Уизли пробовал пиво и громогласно утверждал, что для хорошего вкуса в пиве нужно топить жуков…