воздухе. Несмотря на свою массу, они неуклонно поднимались.
Ничем не удерживаемые в доках, «Громовые ястребы» взлетели
словно
в
замедленном
запуске,
подобно
тяжеловесным
дирижаблям, выпущенным на пронзительно воющий ветер. Они
бесшумно отрывались от посадочных площадок, и малейшее
движение воздуха меняло траекторию их неуклюжего полета.
Тсу'ган попытался включить магнитное притяжение на
сапогах, но по ретинальному дисплею пробежало сообщение «отказ
системы», написанное символьным кодом.
– Магниты не работают, – прорычал он братьям. Свет, исходящий от доспеха, прерывисто замигал. – Гало-фонари тоже
отказывают.
Последняя вспышка перед тем, как свет окончательно погас, осветила широкий бок «Громового ястреба», со стоном
двигавшегося на Тсу'гана, словно металлический айсберг.
Наковальня Вулка... гннррр!
Он врезался в корабль и отлетел в сторону. Удар был жестче, чем ожидалось, и тело отозвалось на него болью.
– Держитесь подальше от «Ястребов». Используйте сенсоры
движения, – предупреждение Ну'меана оказалось запоздалым для
Тсу'гана. – Выпускайте газ из пневматических систем, чтобы
направлять движение, а затем зафиксируйте страховочные тросы, –
добавил он.
Тсу'ган уже вращался по спирали, ожидая, пока займет более
или менее вертикальное положение, чтобы стравить часть газа, питавшего
некоторые
системы
доспеха:
дыхательную,
двигательную, силовые механизмы – все они были жизненно важны
в той или иной степени, однако имелись в определенном избытке, из-за чего выброс небольшого количества газа не был критичен.
В считанные секунды призрачные клубы газа начали
разноситься по помещению – Огненные Драконы пытались
сгруппироваться. Один из дрейфующих кораблей столкнулся со
своим собратом по эскадре, издав оглушительный грохот. Впрочем, это не помешало Тсу'гану расслышать, как кричит Храйдор.
– Зверь! Я вижу его! Вступаю в бой!
Воздух рассек залп штурмовой пушки, дульная вспышка
озарила темноту. Выстрел отшвырнул Храйдора назад, он
крутанулся и врезался в одну из стен.
– Во имя Вулкана, – протянул он, еще не совсем придя в себя
от столкновения, и снова нажал на спуск
– Остановись и прекрати огонь. Отключить все оружие! –
Претор плыл к нему так быстро, как только мог, оставаясь за
пределами зоны смертоносного огня Храйдора.
Тсу'ган тоже был невдалеке и двинулся на помощь. Он
слышал, как сержант бормочет:
– Оставьте меня, братья. Оставьте меня. Вы рядом с
Вулканом, чей огонь бьется в моей груди...
Он не понимал, к кому обращается Претор. Остальные
Огненные Драконы оказались рассеяны по помещению. Некоторые
пытались пристегнуть тросы к чему-нибудь неподвижному. Другие
вели себя... странно. Стремительно сменяя друг друга, в комм-
связь сыпались их сообщения.
– ...не могу двигаться... мои доспехи... как камень.
– ...системы отказывают... кислород загрязнен...
– ...ксеносы! Крады в трюме! Разрешение атаковать...
В последнем голосе Тсу'ган узнал Ну'меана.
– Все мертвы... оставить корабль… вся команда… мертва...
мои братья...
Эмек, которого Тсу'ган успел разглядеть краем глаза, исчез
внизу, направившись к чему-то на палубе — в целом он двигался
гораздо лучше, чем более тяжелые терминаторы. Он также был
одним из немногих, на кого не повлияло то — что бы это ни было
— что атаковало их.
Потом он увидел его.
Лицо — лоскутное, испещренное шрамами месиво; глаза с
алыми веками, горящие ненавистью; красно-черный доспех с
чешуей, покрывающей нагрудник; рогатые наплечники и длинные
когти цвета киновари на латных перчатках. Ошибки быть не могло.
Это – Нигилан.
Предводитель Воинов-Драконов – здесь, и его трижды
проклятое варп-колдовство окутало их всех.
Тсу'ган должен очистить «Протей» от предателей. Он
покончит с ними всеми.
Губы Нигилана шевелились. Голос, похожий на треск
пергамента, резонировал в голове Тсу'гана.
– Я ничего не боюсь! Ничего! – выплюнул он в ответ на
обвинение, которое мог слышать только он.
Отступник улыбнулся, показывая маленькие клыки.
– Я убью тебя, чародей... – Тсу'ган ухмыльнулся, наводя
штурмболтер на ненавистного врага.
И тут Тсу'ган замер как вкопанный. Его оружие, перчатка и