Хизер кивает. — Тогда не выбирай одно или другое. — Она подходит чуть ближе. — Просто… встреть его там, где он есть. Не там, где он должен быть. Не там, где он был раньше. — Её глаза держат мой взгляд. — Я видела, как люди полностью закрывались, потому что все вокруг относились к ним как к проблеме.
Пауза.
— Но я также видела, что происходит, когда кто-то просто… есть. Никакого давления, никаких ожиданий. Просто любовь, без попыток контролировать, как она выглядит. — Она протягивает руку, легко касаясь пальцами моей руки. — Ему не нужно, чтобы ты исправляла его сейчас, Эмма. Ему нужно, чтобы ты напомнила ему, кто он, когда всё остальное говорит ему, что он больше не тот человек.
Мои глаза горят, когда я слышу, как она говорит мне это. — Спасибо, Хизер. — Я отворачиваюсь, прежде чем могу передумать, и шагаю в коридор, направляясь в ванную. Когда я открываю дверь, движение ловится на периферии. Я замедляюсь, мой взгляд скользит вниз по лестнице, и я вижу, как Майк и Адриана выходят на улицу. Моя челюсть мгновенно сжимается. Эгоистичная, уродливая часть меня хочет последовать за ними. Я хочу ответов и кого-то, кого можно винить. Возможно, я просто хочу пять грёбаных минут наедине с Адрианой.
Но ничто из этого не приближает меня к Джуду. Поэтому я отвожу взгляд и продолжаю идти.
Глава 5
МАЙК ПРЕСКОТТ
Даже когда солнце встаёт, здесь чертовски холодно. Но я думаю, это лучшее место для разговора.
Адриана выходит за мной тихо, на её лице лёгкое выражение страха. Раздвижная дверь закрывается с мягким щелчком, оставляя нас наедине со звуком реки, движущейся сквозь деревья. Безумно, как всё вокруг меня может быть таким спокойным, пока внутри меня всё скручивается от тревоги.
Я опускаюсь на ступеньки прямо у двери, дерево холодное даже сквозь спортивные штаны, и смотрю прямо на реку. Снег падает тихо, ловя лучи утреннего солнца. Мой взгляд падает на дерево, где я прошлой ночью выплакал свою душу.
Адриана садится рядом, оставляя небольшое пространство между нами. Мы оба держим кружки с кофе, наслаждаясь теплом. Минуту никто из нас не говорит. Пока я наконец не нахожу свой голос.
— Тебе нужно рассказать нам, что они с ним сделали. Все сегодня захотят с тобой поговорить.
Адриана не отвечает сразу.
Я смотрю на неё, замечая, как её пальцы слегка дрожат вокруг кружки, взгляд устремлён куда-то за деревья.
— Я знаю, — говорит она наконец.
— Можешь сказать мне что-нибудь прямо сейчас? Он очнулся посреди ночи и выглядел ужасно. — Я замолкаю. — Ублюдок выглядел как демон, Адри.
Её нижняя губа дрожит. — Именно так я и подумала.
— Как это случилось?
— Алексей заставлял его драться.
Моя челюсть сжимается. — Драться с кем?
— С любым, кого ставили перед ним. — Её голос не колеблется, но он тихий. — Они сильно причиняли ему боль. — Её голос срывается на последнем слове.
Ярость скручивается в груди. — А если он не дрался?
Она выдыхает, пар застывает в холодном воздухе. — У него не было выбора, Майк.
Я снова смотрю на реку, моя хватка на кружке крепчает, пока пальцы не начинают болеть.
— Они тренировали его, — продолжает она. — Обуславливали. Ломали его, пока он не реагировал так, как они хотели. — Её голос слегка понижается. — А когда этого было недостаточно, они… — Она замолкает на секунду, её горло сжимается, когда она сглатывает. — Они копались в его голове. Снова и снова. Лишение сна. Наркотики. Изоляция. Они вознаграждали его за насилие. Наказывали за всё остальное. За любую крупицу мягкости, которая осталась внутри него. Алексей вырвал её из его вен.
Я не могу дышать.
— Ты помнишь, каким он был добрым? — спрашивает она, одна слеза катится по её щеке. — Каким счастливым? До того, как Нолан вонзил в него свои когти? До игл?
Я вздыхаю. — Он никогда не был по-настоящему счастлив. Он пытался, правда. Но в тот момент, когда он ушёл от Эммы… — Я провожу рукой по лицу. — Он оставил часть себя с ней. Но он пытался принять жизнь, которую вы с Ноланом заставили его принять после той ночи в Лос-Анджелесе. Каждый раз, когда он целовал тебя, спал с тобой, смеялся с тобой… это было только для выживания.
Она вдыхает так, будто я задел её чувства. — Эм, я должна кое-что тебе сказать.
Я не смотрю на неё на этот раз. — Что.
Пауза. — Джуд никогда никого не убивал в Лос-Анджелесе.
Моя голова медленно поворачивается. — Что? — говорю я снова.