Но никакой Эммы.
— Нет, — выдыхаю я. Паника нарастает внутри моей груди так, что я должен, блядь, проглотить её. — Эмма! — кричу я, поворачиваясь к коридору за нами. — Эмма!
Ничего. Никакого ответа.
Мой пульс ревёт в ушах.
Я отталкиваю шатающегося охранника и бегу несколько шагов обратно, откуда мы пришли, проверяя каждую дверь, каждое движение сквозь дым и мигающие огни тревоги. Моё зрение сужается так сильно, что я почти пропускаю руку, хватающую меня за пиджак.
Рэйф дёргает меня назад как раз в тот момент, когда ещё один выстрел проносится мимо моей головы. — Её здесь нет, — резко говорит он.
— Она была прямо за мной!
Ещё один охранник выбегает из лестничной клетки. Я стреляю дважды не думая, отдача бьёт мою руку, когда мужчина падает.
Я не могу дышать.
Нет, нет, нет, нет—
Меня тошнит.
Рэйф видит это по моему лицу, и его выражение темнеет. — Нам нужно убираться сейчас, — приказывает он.
— Я не оставлю её…
— Ты не найдёшь её мёртвой в этом коридоре.
Слова бьют как ледяная вода.
И вдруг мы снова движемся, отступая под непрекращающимся огнём, пока Рэйф прикрывает наш побег с спокойствием. Кровь размазывается по полированным полам под нашими ногами, пока мы проталкиваемся через финальную выходную дверь в ледяной ночной воздух.
Снег ударяет в лицо мгновенно, и на мгновение я думаю о том, как приятно это на моей горящей коже. Парковка за служебным входом — полный хаос. Мужчины кричат в рации, фары режут тяжёлый снегопад полосами белого и золотого. Машины вылетают налево и направо.
Мой взгляд лихорадочно мечется по парковке, сканируя каждую машину, каждую тень.
Эмма.
Где, блядь, Эмма?
Затем я вижу фургон.
И как только я вижу его, я застываю. Потому что Нико снаружи, у боковой двери, стоит на коленях, весь в крови. Я двигаюсь до того, как полностью осознаю, что вижу. Я бегу через парковку, мои лёгкие горят от холодного воздуха и адреналина, Рэйф остаётся близко позади. Чем ближе мы к фургону, тем хуже становится. Боковая дверь висит открытой. Кровь размазана по металлической ступеньке под ней.
— Нет, блядь… — Слова вырываются из меня.
Нико резко поднимает голову при звуке моего голоса, тёмные волосы мокрые от тающего снега, паника вырезана так глубоко на его лице, что я едва узнаю его. — Они, блядь, забрали их! — кричит он.
У меня падает желудок.
Внутри фургона Майк обмяк на сиденье, его кожа бледная под кровью, пропитывающей его рубашку. Киран распростёрт наполовину по полу у задней части, одна рука слабо прижата к боку, пока кровь сочится между его пальцев.
На секунду я не могу дышать от того, на что смотрю. — Что случилось?
Нико качает головой. — Хизер, Адриана и Адела исчезли, чувак. Они вышли из ниоткуда.
Рэйф сразу забирается в фургон рядом с Майком, его выражение обостряется в ту секунду, когда он видит раны. — Как?
— Два внедорожника, — быстро говорит Нико, вскакивая на ноги. — Маскированные парни. Они ударили сразу после того, как Адела стёрла систему Алексея.
Моё зрение пульсирует.
Нет.
Нет, этого не происходит. Мы победили. Адела взломала файлы.
Мы, блядь, победили.
Так почему, чёрт возьми, мой мир всё равно рушится?
Майк слабо стонет из фургона, привлекая моё внимание к себе. — Джуд…
Звук почти уничтожает меня. Я сразу забираюсь внутрь, падая на колени рядом с ним, пока Рэйф разрывает куртку Майка, чтобы оценить повреждения. Металлический запах крови заполняет тесное пространство так густо, что меня почти вырывает.
— Эй, — быстро говорю я, сжимая руку Майка. — Эй, оставайся со мной.
Его глаза стеклянные от боли, но достаточно сфокусированы, чтобы найти мои. — Они… у — увезли Хизер…
— Я знаю.
Вина обрушивается на меня. Это моя вина. Каждая, блядь, часть этого.
Рэйф давит на рану у плеча Майка, и Майк ругается сквозь зубы. — Пуля прошла насквозь. Мимо сердца на дюймы, — бормочет Рэйф. — Повезло.
— Не чувствуется как везение, — цедит Майк. — Ублюдок…
Позади нас Киран издаёт грубый звук, где-то между смехом и стоном. — Ты достаточно жив, чтобы жаловаться. Это обнадёживает.
Нико сразу поворачивается к нему. — Пожалуйста, заткнись, пока не истёк кровью.
Снег кружится через открытую дверь фургона, пока сирены продолжают звучать вдалеке от места. Где-то позади нас раздаётся ещё больше криков по парковке.
У нас нет времени.
Рэйф резко поднимает взгляд. — Веди.