- Когда я первый раз тебя увидел, ты такая мелкая была, - улыбнулся Рой, и выглянувшее солнце заиграло на его растрёпанных волосах, отливая золотом. – А сейчас стала героем.
- Не говори так. Я не герой, - Талия опустила голову. – Во всяком случае я себя таковой не считаю.
- Я знаю, что ты герой, - Рой взял её руку – так же, как тогда, в городе – решительно и внезапно. – Ты стала тем, ради чего живёт твой брат, которого я уважаю, как никого на свете. Ты добрая, нет, не возражай мне! Ты прекрасный, светлый человек, Талия. Что бы с тобой не произошло, ты всегда остаёшься лучиком света. Не потому что тебе помогают небесные силы. А потому что это твоя суть. Ты излучаешь тепло и свет.
Тепло излучала и рука Роя. Талия молчала. Ей не хотелось отвечать на такую красивую речь. И что ещё хуже, ей было приятно слышать эти слова. Глаза под девчачьими ресницами смотрели на неё в упор, и от этого ей было не по себе. Пальцы руки, за которую её держал парень, дрогнули.
- Боишься?
- С чего бы?
- Что я тебя не отпущу.
Он приблизился. Талия почувствовала его дыхание на своих щеках. Рой всегда был близко – он был другом Эйнара, он спас её, когда она чуть было не подписала себе приговор, идя против Прайта. Он всегда оказывался рядом именно тогда, когда это было нужно. И говорил то, в чём она тогда нуждалась. И сейчас, вместо того, чтобы отдёрнуть руку и просто уйти, Талия поняла, что этого не хочет.
- Ты моё солнце, Талия.
Рой притянул её к себе, и их губа соприкоснулись. Талия, дрогнув, провела рукой по его волосам, которые оказались непривычно мягкими. Рой, словно ждал этого знака, прижал к себе девушку. Она чувствовала, как громко бьётся его сердце через рубашку. Руки Роя были горячими, и когда он её обнимал, Талия боялась, что она просто расплавится.
Парень запустил руку в её короткие волосы, скользнул по позвоночнику к талии. Девушка перестала дышать, желудок сжался в маленький колючий комок. Сейчас, в руках Роя, она чувстовала себя как никогда раньше. Талия ответила на поцелуй, стараясь унять дрожь в пальцах, которые всё ещё находились на его шее.
Так близко к ней был только Эйнар. Только Эйнар был просто брата, с братьями не целуются. Талия отмахнула глупые, опасные мысли, но когда Рой провёл своей рукой по её шее, она не могла не заметить, что его пальцы гораздо длиннее, чему Эйнара. Эйнар был словно рождён, чтобы стать воином. Его ладони были гораздо шире и крепче, Талия знала каждый шрам, который на них отпечатался.
Запах роз кружил голову. Талия чувствовала, что если бы они стояли, у неё подкосились ноги. Но Рой бы не позволил ей упасть. Скорее всего, он бы взял её на руки. Ему всегда нравилось поднимать её, когда она была младше.
Девушка прерывисто вдохнула воздух, когда Рой коснулся губами её шеи. Объятья были такими тёплыми, такими…. Неправильными. Талия снова закрыла глаза. Как назло, перед глазами предстал Эйнар. Он тоже самое делал с Мелиссой? Наверняка он уже не раз целовался. Но это личное дело брата.
«Тогда почему сейчас я чувствую себя именно так?!»
Мысль пронеслась быстро, словно звезда по ночному небу. Опасная, страшная мысль. Рой, с которым она могла поделиться всем, чем хотела. Который был лучшим другом брата, почему… Почему такое чувство, что она предала их дружбу? Словно сейчас она целуется с братом, которого давно знала.
Талия резко отпрянула – взлохмаченная, раскрасневшаяся. Рой легко отпустил руки и посмотрел на неё с беспокойством. Он протянул руку, но девушка вскочила. Её колотило. Во всём этом было что-то неправильное.
- Нет.
- Талия, всё хорошо, - Рой зачесал назад волосы. – Я не буду больше так делать.
- Ты не…
- Прости. Если тебе не приятно, я никогда…
- Не трогай меня!
Талия отбросила его руку и помчалась к воротам. Она не помнила, как преодолела сад и двор, прилегающий к нему. Стража её не остановила, видимо королева правда разрешила ей полную свободу передвижения по дворцу. Талия влетела в городские ворота, любезно распахнутые перед ней и побежала наугад.
Раньше она не позволила бы себе появиться на людях без красивой косы, отглаженного платья и начищенных туфель, но сейчас ей было всё равно, когда на неё, растрёпанную и жалкую, оборачивались. Ей буквально хотелось выдрать своё сердце из солнечного сплетения. Живот всё ещё сладко скручивало, и это не давало ей отвлечься. Хоть на что-нибудь!