В первый раз она сожгла их тела, точнее, попыталась. Однако Лена очнулась гораздо раньше, чем превратилась в бесформенную кучку пепла. Да и невозможно это, сжечь человека до состояния пыли. По крайней мере, под открытым небом не вышло. Всё могло бы получиться, будь под руками работающий крематорий. Тоня попросту бы не выпустила Лену, пока та не превратилась бы в прах.
Второй раз она сбросила их тела в кислотное болото, в надежде, что они растворятся. И снова осечка. Кислота сработала даже хуже, чем огонь. Слишком медленно, слишком долго. Но самое страшное не это. За обе неудачные попытки пострадали невинные люди. Ей пришлось их подставить, дабы остаться в тени. Хотя не так уж они были и невинны. За каждым имелись грехи ничуть не меньше, чем за теми, чьей смерти она так страстно желала.
Когда она услышала голос Геры, когда поняла, что он наконец вернулся, в её душе вновь колыхнулась надежда. Едва она высадила Мутного с Леной, как вновь помчалась к тьме. Однако её планам так и не суждено было воплотиться в жизнь. Ну не взяла она в расчёт натуру наркомана. Люди с подобным складом характера никогда не задумываются о ближнем. Плевать он хотел на все обещания, как и на их общие планы, Геру волновало лишь одно: когда друзья собираются вытащить его из плена.
Он слышал всё то, о чём они говорили, знал о жертвах, что собираются ему поднести и ему было плевать на их жизни. Его волновала лишь собственная.
Впрочем, и Тоня уже давно стала такой же. Все её мысли и планы на самом деле являлись мишурой, обёрткой для потехи собственного эго. И если в самом начале она это понимала, то сейчас самостоятельно завела себя в дебри. Ей казалось, будто всё это пойдёт на благо человечеству. Однако реальные цели несколько расходились с действительностью. Ей хотелось покоя. Желание заглушить совесть превратилось в навязчивую идею. Ведь всё это время она заставляла её молчать, прибегая к помощи опиатов. Даже тот факт, что она уговорила друзей оставить основную группу шлюх в Жуковском, имела под собой совсем другое основание, нежели спасение невинных жизней. Тоня просто хотела отсрочить момент возвращения Геры из плена.
Да, она не верила, что задумка сработает, но возможность всё-таки не исключала. Конечно, если всё получится, отсрочка будет незначительной. Лена не позволит тянуть время, она тут же прикажет своим людям пригнать сюда остальных. А если Гере не хватит той сотни душ, она найдёт тысячу. Однако некие предшествующие события позволяли Тоне думать, что даже эта небольшая отсрочка может стать судьбоносной. Всего один день позволит многое изменить, лишь бы тот, у кого она попросила помощи, согласился.
*****
Он уже собирался спать, когда раздался стук в дверь. Настя не одобряла поздних гостей. К тому же сын сегодня ни в какую не хотел укладываться, неровён час разбудят и тогда всем не поздоровится. Стук повторился, казалось, он прозвучал ещё более громко. Малыш в кроватке заворочался, и Настя одарила мужа недовольным взглядом.
– Да иду я, иду, – тихонько прошептал он и поцеловал супругу в щёку.
Он распахнул дверь как раз тот момент, когда гостья занесла руку для очередного стука. Худощавая девушка, затянута в новенькую горку, симпатичная. Однако было в её глазах нечто такое, что вызывало дрожь и отвращение. В её жизни явно имели место очень страшные события. Словами это вряд ли объяснить, но такое всегда чувствуется. Нет, её взгляд не был грозным или надменным, напротив, он, скорее, казался уставшим. Молоденькая, навскидку максимум лет двадцать пять, а смотрит так, словно прожила уже больше века.
– Вы кто?
– Это неважно. Я хочу нанять вас.
– Простите, но вы, кажется, ошиблись дверью.
– Насколько мне известно: в соответствии с кодексом вы не можете отказаться от охоты.
– Сожалею, но я больше не имею отношения к гильдии. Вам лучше обратиться в комендатуру. Оставьте заявку по всей форме, утром её предложат охотникам, и кто-нибудь обязательно возьмётся решить вашу проблему.
– Мне не нужен кто-нибудь, я хочу нанять вас.
– Девушка, я ведь вам уже всё объяснил…