Он даже из-за машины выглянул, посмотреть, что делают остальные бойцы. А те спокойно себе курили, посматривая на то, как человек, вышедший из тьмы, трахает их хозяйку. Хотя какая она им хозяйка, это ведь его люди, и Ленка не имеет к ним никакого отношения. Нет, командовать ими она, конечно, может, но его приказ всё равно будет последним.
Наркоман поднялся и прошёл к своим, чтобы стрельнуть табачку. Курить он бросил давно, резонно посчитав, что от никотина нет никакого понта. Вот трава или опиум – понятно, с них хоть балдеешь. После табака, разве что изо рта воняет, как от лошадиной жопы, вот, в общем, и весь прикол. Однако сейчас отчего-то ему сильно захотелось именно никотина, а отказывать себе хоть в чем-то он не привык.
– Замути-ка мне покурить, – попросил он ближайшего бойца с самокруткой.
Тот молча кивнул и принялся соображать такую же для босса. Насыпал самосад в кусок пожелтевшей от времени газеты, послюнявил краешек и несколько раз прокрутил получившийся цилиндрик в пальцах.
– Нихуя ты её обвафлил, – ухмыльнулся Мутный, но самокрутку всё же принял и прикурил.
Спустя всего пару секунд после затяжки голова пошла кругом, появилась некая лёгкость во всём теле. Жаль, что этот кайф длится недолго, а при регулярном курении и вовсе пропадает.
Тем временем его друзья закончили обмен биологическими жидкостями. Лена раскорячилась и принялась вытирать промежность, из которой обильно вытекала слизь. А так как под рукой ничего подходящего не было, в ход пошли собственные трусы, которые вскоре полетели в сторону. Она натянула камуфляжные штаны и с каменным лицом посмотрела на бойцов. Те сразу сделали вид, будто не смотрят и принялись наводить суету.
Гера тоже натянул штаны, которые больше напоминали какие-то лохмотья и теперь уже прямой наводкой направился к другу.
– Здорова, долбоёбина! – растянул руки для объятий он.
– Да иди ты на хуй, бомжара, – вернул ему Мутный и они обнялись, похлопывая друг друга по спине. – Ты где эту ссанину взял?
– Думаешь, там выбора до хуя? – кивнул в сторону тьмы Гера и осмотрел наполовину истлевшие штаны. – Да поебать, всё не с голым хуем. Спасибо, кстати.
– За чё?!
– За спасение и за дозняк. Пригодился, чтоб время скоротать.
– Да это вообще хуйня, у меня этого кайфа теперь хоть жопой жри.
– У нас, – в разговор влезла Лена.
– Да по хуй, – отмахнулся наркоман. – Ты чё, Воблу поднимать будешь, нет?
– Не знаю даже, – пожала плечами Лена. – Какая-то она ебанашка стала в последнее время. Совесть её не по хуйне ебёт.
– Она наша, – покачал головой Гера. – Мы вместе с самого начала. Так что поднимай.
– Как скажешь, – ухмыльнулась она и направилась к телу подруги.
– Ну чё, как дела-то вообще? – спросил Гера.
– Да хуй поймёшь, – отозвался Мутный. – Ещё недавно всё было заебись, а сейчас какая-то хуйня нездоровая началась. О, кстати, а это не ты наших людей хуячишь?
– Нет, – спокойно ответил тот. – На хуй оно мне нужно?
– Так-то да, – почесал макушку Мутный. – Узнать бы кто, кожу живьём сдеру.
– А ты с чего вдруг на меня подумал?
– Да там понимаешь, такая хуета… – наркоман на секунду задумался. – Короче их ебашут люди, у которых глаза чернеют. Помнишь, как тогда, перед тем как, ты в тьму вошёл, на нас хуеплёт один напал.
– Угу. Только это нереально.
– В смысле?
– В прямом, я прогнал ту тьму, которая им управляла.
– А это тогда что? – Мутный кивнул в сторону столицы, которая до сих пор была накрыта непроницаемым, чёрным куполом.
– Как я понял, это разрыв границы между мирами, – попытался объяснить Гера. – Я говорил с той сущностью, которая была там заперта.
– И чё ты с ней сделал?
– Помог вернуться в мир хаоса.
– Хуяуса! Гера, мне кажется, тебя крупно наебали…
– Ты охуел, сука! – из-за машины, полная гнева выскочила Тоня с пистолетом в руках. – Я тебе яйца отстрелю, пидорасина!
– Ох ебать! – округлил глаза наркоман и поспешил спрятаться.
– Вылезай, пидор!
– Да шла б ты на хуй, пизда с ушами! – выкрикнул он из-за машины.
– Ты совсем охуел?!
– Да чё, блядь, не так-то?!
– По-твоему, насиловать мой труп – это нормально?!
– Ну я хуй знает, ты вроде не сопротивлялась.
– Сука! – взревела девушка и, упав на землю, выстрелила в ногу наркомана.
– А-а-а-а, блядь! Тварь ебанутая! – взревел Мутный и рухнул на землю.
– Успокойся, Тонь! – попытался угомонить девушку Гера.