– Да чё ты гонишь-то? Совсем ёбнулась? Если он об этом узнает, прихуярит нас обоих без разбора, а я подыхать пока не готов. Так что иди на хуй, пока я тебе ногой в ебальник не закатал.
– Я тебе об этом сейчас и говорю, он всё равно убьёт нас. Мы просто пока нужны ему, – словно не слыша, продолжила шипеть Тоня. – Нам нужно что-то придумать, чтобы опередить его.
– Всё, пиздец, хуй ты там чего придумаешь, – Мутный всё же проснулся и снова перевернулся на спину. – Он теперь как Ленка стал, сам себя оживить может. Возможно, даже отъебать.
– Это происходит не сразу. Какое-то время он всё равно будет мёртв. А у нас будет шанс отвезти его к Сумраку, чтобы он завершил начатое. Если он его добьёт, то Гера больше не сможет воскреснуть.
– И чё ты предлагаешь?
– Ты единственный, кого он к себе подпускает…
– Иди на хуй! Я не буду этого делать!
– Мутный, бля, заебал! У нас нет других вариантов. Сегодня, когда он пришёл ко мне на склад, вокруг него было защитное поле. Мне он не доверяет.
– Да мне поебать! Гера – мой друг, и я не стану бить ему в спину.
– Он уже не твой друг, неужели ты сам этого не видишь?
– Я вижу, что у тебя совсем кукуха отъехала!
– Я предлагаю реальный шанс избавиться от него. Убей его и дальше я всё сделаю сама.
– Чем, как?
– Выстрели в голову.
– Ебать ты простая. Как ты вообще себе это представляешь?
– Не знаю. Просто… Утром, за завтраком, например. Или в рейсе. Подсядь к нему и выстрели.
– Иди на хуй! Сама подсядь и стреляй. Это же Гера, ёбаный твой рот!
– Да тихо ты! – зашипела Тоня. – В спальню ещё к нему сходи и доложи по всем правилам. Я тебе только что объяснила, что он меня к себе не подпускает, общается только через защиту.
– А если у меня не получится?
– Что здесь может не получиться? Ты на спуск нажать не сможешь?
– Я ебу? У меня не всегда посрать в дырку получается. Вон, позавчера, такого змея выдавил, что он, когда падал, на ноге чиркаш остался.
– Ну ты пиздец!
– А я тебе о чём! Слушай, забей хуй, просто делай, как он говорит и всё будет нормально. Всё, теперь съеби в туман, дай поспать.
– Ты ведь меня любишь…
– Чё бля?! Ты совсем ебанулась? С хуя такие выводы?!
– Так любишь или нет?
– Нет.
– Пиздобол.
– Да хули ты от меня хочешь? Сама всё уже решила…
– Мутный, если ты сделаешь это, я готова быть с тобой. Я буду терпеть все твои выходки, сосать по первому зову, всё, что захочешь…
– А предоплата имеется?
– В смысле?
– У меня от твоих грязных фантазий хуй встал.
– Блядь… Ты согласен или нет?
– Не знаю, смотря как сосать будешь.
– Тебя вообще ничего больше не волнует?
– Ну не знаю, – всерьёз задумался тот. – Я бы ещё в очко тебе заехал.
– Тьфу, блядь, – Тоня сплюнула на пол и поднялась с кровати. – Всё, забудь. Иди на хуй.
– Если в рот возьмёшь, обещаю, что не стану ничего рассказывать Гере.
– Подрочишь, – девушка показала ему средний палец и уже собиралась выйти.
– Да стой ты, – Мутный подскочил с кровати, сгрёб Тоню в охапку. – Не уходи, давай ещё поговорим.
– А смысл?
– Стрёмно мне… пиздец как. Он когда Ленку сожрал, я штаны обоссал от страха. Ты просто не видела, не чувствовала. Там такая сила, что вокруг него пространство искривилось. А что, если его и пуля не возьмёт?! Я не хочу подохнуть, как она.
– Так ты согласен?
– Только если буду уверен на все сто. По-другому я ебал подставляться.
– Я что-нибудь придумаю.
– Ну, теперь-то чё? А?
– В смысле?
– Ну может хряпнешь писю?
– Пиздец…
– Да хули ты ломаешься, как целка. Давай вдую разок, может, мозги на место встанут.
– Ой, да по хуй, – неожиданно, даже для самой себя, согласилась Тоня. – Очко только не трогай, завтра в дорогу…
– Договорились, – ухмыльнулся Мутный и швырнул девушку на кровать. – Пизду мыла?
– А тебе не по хуй?
– Вообще поебать, – хмыкнул он и, стянув с неё штаны, припал губами к промежности.
*****
Утром, они по традиции собрались на веранде. Её искорёженный, потёкший вид напоминал о вчерашних событиях, заставляя сжиматься в страхе сердца. Мутный даже успел несколько раз пожалеть о том, что согласился на уговоры Тони. И одновременно с этим понимал, если не решить проблему в самое ближайшее время, потом может стать слишком поздно.
Впрочем, Тоня вообще не подавала виду, будто и не является организатором заговора. Однако даже она вела себя сдержано, старалась не противоречить Гере. В отличие от неё, Мутный боялся встретиться взглядами с другом. Ему казалось, что он моментально всё поймёт, сможет прочесть его мысли. Заряженный пистолет с досланным в ствол патроном покоился за поясом и был готов к работе в любую секунду. Вот только подходящего момента всё не наступало. Возможно, из-за Тони, Гера непрерывно находился под защитным куполом, а может, он уже обо всём догадался, и теперь даже у Мутного нет ни единого шанса.