Тот завалился грудью на сиденье и что-то закричал. Было не разобрать, так как поролон прекрасно скрадывал звук.
– Как же ты меня заебал, скотина! – Тоня приподняла его голову за волосы и потянула его на себя.
Получилось, Мутный снова поднялся на ноги, после чего, управляя им, словно джойстиком, девушка заставила занять его сидячее положение. Обежав машину, плюхнулась за руль, и «Нива» с рёвом сорвалась с места. Ворота были распахнуты настежь, и они беспрепятственно покинули город.
*****
Мутный окончательно отрубился. Он расплылся на сиденье, наблевал себе на грудь и теперь мерно потряхивал головой в такт подвеске, что скакала на выбоинах и кочках. Ехали они уже больше часа, и всё это время Тоня внимательно следила за телом Геры в зеркало заднего вида. Топор покоился рядом, в багажнике. Кобуру с пистолетом Тоня пристегнула на бедро, чтобы в случае необходимости успеть выстрелить прежде, чем Гера окончательно очнётся.
Его голова, стала прекрасным индикатором. Кожа и мышцы, уже окончательно превратились в чёрную жижу, которая густыми каплями стекала по сиденью на пол. Две третьих кости почернело, но макушка, всё ещё продолжала сохранять белоснежный оттенок. На трупе она так же отросла примерно на треть. Из тьмы, уже была соткана нижняя челюсть и почти завершила формироваться верхняя. Уже наметились отверстия носа а, значит, времени добраться до Нижнего у Тони точно не хватит. Ещё час, максимум, и Гера сделает первый вдох. Главное – не упустить этот момент.
Спустя ещё сорок минут Тоня остановила машину, выбралась из салона и попыталась решить вопрос с Герой заранее. Вот только новая, чёрная как смоль часть тела, не желала поддаваться топору. К тому же в узком багажнике не особо получалось размахнуться. Череп, что служил индикатором, окончательно почернел и рассыпался в прах. И это означало лишь одно, до полного воскрешения мага остались считанные минуты.
Страх, который пронизывал Жуковский, похоже, покинул посёлок вместе с телом. Тоню всю трясло, адреналин непрерывно поступал в кровь, отчего девушку уже начало тошнить. Лишь опыт, те приключения, через которые она успела пройти, помогал ей бороться. Но с каждой минутой эмоции захлёстывали её с новой силой, и это мешало здраво размышлять.
Несколько минут она без малейшего результата долбила топором по чёрной шее, пока в один момент лезвие не соскользнуло. Топор врезался в плоть чуть ниже, и вот она не смогла оказать сопротивления. Тоня заработала с новой силой. В какой-то момент она начала кричать, чем разбудила обсаженного пассажира.
– Ёб твою мать! – выругался он. – Ты какого хуя тут устроила?!
– Заткнись на хуй! – взревела та. – Лучше помоги.
– Блядь, ты на хуя мне на грудь наблевала?
– Ты чё, еблан?!
– Ха-ха-ха, – загоготал Мутный. – Дай топор, я с этой стороны уебу разок. Сука, чё так страшно-то? У меня прям очко вибрирует, хочешь покажу?
– Нет, – девушка протянула ему топор. – Да быстрее ты, он сейчас воскреснет!
– Хуй там плавал, – ухмыльнулся наркоман и перехватил инструмент.
Несколько раз он мазал, потому как бил из неудобного положения. Но наконец примерился, размахнулся и всадил остриё куда нужно. Раздался хруст, тяжёлая голова вновь повисла на остатках кожи, но с этим Тоня справилась при помощи ножа. Трофей вновь лёг на переднее сиденье, а девушка запрыгнула за руль.
Машина запрыгала по разбитой дороге, а Тоня крепко задумалась. До нижнего, скорее всего, придётся остановиться ещё раз. Потому как в среднем, регенерация занимает два часа. Девушка бросила взгляд в зеркало заднего вида и тут же ударила по тормозам. Мутный в этот момент слюнявил самокрутку с травкой и едва не прилетел носов в торпеду.
– Ты какого хуя?! Я чуть ебло себе не разбил… Э! Ту куда? Ох ебать колотить…!
– Что-то не так, – бормотала Тоня, рассматривая, уже успевшую регенерировать нижнюю челюсть. – Слишком быстро. Так не должно было случиться.
– Это, может, потому, что мы почерневшую хуйню отрубили? Нужно, наверное, подождать, пока ебальник нормальным окрасится.
– Возможно, ты прав.
– Ну и хули встали тогда?
– Подождём.
– Кого?
– Гостей, блядь! Мутный, заебал тупить!
– Дуть будешь?
– Ну в пизду, – отмахнулась Тоня, – и так кошмарит, сил никаких.
– Что есть, то есть. Очко знатно играет. Если бы меня опий сейчас не пёр, я бы уже все штаны обдристал. Слышь, может поебёмся пока?
– Блядь, тебя вообще хоть что-нибудь интересует, кроме кайфа?
– Нет, – честно признался тот. – А на хуя?
– Чтоб было до хуя! – огрызнулась Тоня.