Ее не было. Эрния ушла навсегда. Один маленький источник тепла, который больше никто никогда не ощутит. Ни Рэн, ни ее друзья, ни какой-нибудь отчаянный парнишка.
Но еще была жива Иджи, Каори, Джейт, Сойер, Инко и другие. Все те, кто до сих пор еще хранил свое тепло. И почему-то только сейчас Рэн осознал, как же хорошо, что все эти люди еще были рядом. Что никто из них не истекал кровью и не отдавал с кислыми улыбками свою жизнь за него.
Странное, такое родное, тепло Айжен заставило мечника вдруг понять, насколько он счастлив сейчас. И как много важного для него еще не потеряно. Боясь отпускать это тепло, Рэн поднял руки выше и прижал худое тело Иджи к себе. Как ребенок обнимает родительскую игрушку, он подтянул девочку к себе. Словно хотел никогда ее не отпускать.
- Прости меня, - тихо произнес Рэн. – Если бы только я был лучше. В тот раз… если бы я тогда был чуть смелее.
- Ты не должен был делать это ни тогда, ни сейчас, - ее пальцы бережно прошлись по грязным волосам Рэна. – Оставь свою тьму в себе. Живи с ней. Не позволяй захватывать себя. Это то, что делаем все мы.
- Он ведь предупреждал, - Рэн снова вспомнил свои попытки бороться с собой в Гробницах Секретов. – Кид пытался мне сказать. И об Эрнии. И о тебе. Если бы я был чуть внимательнее. Прости меня. Даже сейчас ты пытаешься разделить со мной эти беспокойства. Эту боль. И как ты только умудряешься быть проницательнее, чем Инкогнито?
- Чтобы понимать людей, нужен не разум. Нужны чувства. Чувствую тебя, Рэн. Всех вас, - тихо ответила девочка. – И та песенка, о которой ты спрашивал… она была о тебе. О твоей душе. Вот, почему ты пришел сюда. Просто услышал нечто знакомое. То, чего тайно даже для себя хотел больше всего.
- Спой, - попросил мечник, неловко поглаживая Иджи по спине. – Я хочу ее услышать.
Девочка скромно улыбнулась. Она ни на секунду не прекращала плавно поглаживать волосы усталого воина. Замерев в его объятиях, Иджи подняла взгляд к небу, и с ее губ сорвалось тихое, как ночной ветер, пение.
Здравствуй, мир.
Вот и я.
Взгляните на меня.
Здравствуй, мир.
Открой себя.
Хочу узнать тебя.
Привет, мой мир.
Вижу я.
Меркнет свет в тебе.
Привет, мой мир.
Вижу я.
Рассвет растет во тьме.
Вот мой мир.
Скажите мне.
Какой судьбой идти?
Вот мой мир.
Друзья и сны.
Помогут мне расти.
Какое-то время последние строки еще звучали в уме мечника. Отражались эхом в просторе его беспокойного разума. И заставляли дрожать струны души. Словно у какого-то некогда всеми любимого, но ныне забытого инструмента.
Это была страшная сила. Рэн ощутил это сразу. Все его мышление, казалось, изменилось. Перевернулись все мысли и порывы. И все, что захотелось мечнику, это забыть о своем пути, об Альянсе и своем прошлом. Потерять это прошлое, свою память и остаться здесь навсегда. Погрузиться в соноподобный цикл безмятежных дней и ночей. Просто наслаждаться теплом живых людей вокруг него. И не думать о смерти.
Протез ощутил эту силу. Железная лапа словно отсохла и потяжелела. В какой-то момент все, что мог почувствовать Рэн, это тяжесть железной руки и ноющую боль в плече. Но спало наваждение, пожирающее эмоции в обмен на решимость закончить свой путь. Энергии протеза исчезли на секунду. И тут же вернулись, как только спали чары юной Айжен.
Девушка чувствовала все эти изменения. Более того, у Однорукого не осталось сомнений, – контролировала. И словно говорила тем самым, что может легко погрузить Рэна в эйфорию и изменить его жизнь…
- Если ты только попросишь, - едва слышно произнесла она, смотря ему в глаза.
Две серебристые луны без зрачков. Бесконечные белые омуты готовы были поглотить Рэна со всеми его потенциалами. Чистые глаза на спокойном лице подростка. Самого опасного и самого ценного союзника Рэна Однорукого.
- Ты – чудо, - ответил Рэн, неловко скашивая взгляд в сторону. – Но не для меня. Не стоит так переживать о старом воине. Я…
- Он здесь! – из-за ближайшей стены выступила Инкогнито, грозно сверкнув глазами.
- Я знаю, - Рэн ощутил чужое присутствие еще за секунду до этого.
И вместе с тем прибыл и гнев на Сойера, который должен был стоять на страже ночного лагеря. Но едва ли можно было обвинять парнишку, что пропустил такого врага.
- Закрой ушки и глаза, - Рэн поспешил подняться, заботливо отсадив Иджи в сторону. – Не дай Ануэ он воспользуется голосовыми командами.