Сойер сидел в центре, скрестив ноги и, словно, медитировал. Он казался спокойным. И почему-то у Ксана сложилось впечатление, что парень просидел так с момента, как его сюда привели.
- С ними все будет в порядке, - начал Ксан, внимательно следя за монахом. – Мы не будем пытаться их захватить или убить. Есть выход получше. Куда более гуманный. Думаю, он в некоторой степени, лучший из возможных.
Не спеша отвечать, монах медленно открыл глаза. Взгляд его фиолетовых чуть разнотонных глаз остановился на синтетике. В этой комнате белая кожа Шэдоу и одежда Сойера почти сливались со стенами. Они просто тонули в равномерном мягком свете, который излучали поверхности.
- Мы оставим их в этом мире. До тех пор, пока я не решу, как быть дальше. И до тех пор, пока Первый Корвеносец не покинет Поток. Это может занять месяцы. А может быть, все закончится за неделю.
- Не могу понять, - тихо отозвался Сойер. – Ты ему веришь? Или его боишься?
- И то и другое, наверное, - развел руками генерал. – Я знаю, что он нечто настолько великое, что с ним просто невозможно спорить. Ему нет дела до твоего мнения. Он сам по себе. Именно как машина, которая просто делает свое дело. Но машина с разумом. И его разум достаточно велик, чтобы… ну, позволять людям самим решать, как им жить.
- В записях Наар-Киза мы нашли упоминания о том, что Аластор некогда называл себя Богом Огня. И некогда он был один из многих. Возможно, самым великим. Но все остальные куда-то делись. А он остался и создал Альянс. Не очень похоже, что он способен оставить миры жить так, как им хочется. По-моему, его с самого начала привлекала идея властвовать.
- Он – точно не бог, - возразил Ксан. - Даже не правитель мира. Просто… как я и сказал, - какой-то древний механизм. Может быть, я и мог бы собрать весь флот Альянса и дать ему бой. Но… ради чего? Что это изменит? Станет ли мир лучше?
- Освободиться? – предположил Сойер.
- От чего? – обернулся к нему Ксан. – Аластор не держит никого в плену. Он лишь следит за жизнью своей организации. А цель организации – делать этот мир лучше.
- Но ты же видел, к чему все шло, - возразил монах. – Запретные эксперименты, геноцид, ловля энтэссеров. Ай-Зур начал топить этот мир в жестокости.
- Так с этим я и собираюсь бороться! – замахал руками синтетик. – И поверь, это проще, чем пытаться просто на голом энтузиазме противостоять древней машине! Которая способна одним взглядом испепелить целый город! Может быть, когда-нибудь Энтэриус и получит возможность избавиться от его внимания. Найдется способ одолеть Боге Огня. Но сейчас это не только невозможно. Но и бессмысленно.
- Возможно, ты и прав, - вздохнул Сойер. – Слишком много было потрачено усилий и крови, чтобы добраться до других Корвеносцев. Может быть, теперь что-нибудь изменится. Я уже больше месяца участвую в этой безумной гонке за чьими-то размытыми амбициями. И, если честно, я просто устал. И до сих пор не понял, что же я должен делать?
- В каком смысле? – не понял синтетик.
- Ну… видишь ли, - Сойер задумчиво скосил взгляд, решая, как лучше выразить свое беспокойство, - я рос как охотник за Судьбой. Всю свою жизнь я морально готовился к тому, что однажды сражусь с каким-нибудь безумцем в смертельном бою. Чтобы исполнить свой долг и доказать своему усопшему культу, что я был не худшим. Я просто верил в то, что должен так поступить…
- Пока не появился Рэн.
- Пока не появился Рэн. Он открыл мне глаза. Показал, что мой культ не безгрешен. Что его вера, порой, ослепляла даже самых преданных. Затем я узнал, что самые смелые из культа, такие, как Эйн Сатэрн, и вовсе забыли все его устои и пошли своим путем! А некоторые попали в ваш Альянс и превратились в чудовища. Эта Судная Пара – одно из страшнейших надругательств над природой человека.
- Уверяю тебя! Я больше такого не допущу, - решительно произнес Ксан. – Все, что делал Наар-Киз, теперь под моим контролем. И я не стану повторять его ошибок.
- Хорошо, что ты четко представляешь, что будешь делать дальше, - с досадой ответил Сойер. – А я, вот, нет. Таким, как я, кто прожил всю жизнь с верой в одну идею, необходимо просто иметь конкретную цель в жизни. В конечном итоге я согласился отправиться в путешествие с Рэном. В поисках нового предназначения. И до сих пор так и не нашел его. Но повидал столько тьмы и сложных вещей, что начинаю сомневаться. Смогу ли я вообще хоть что-то отыскать для себя? Или мне стоило остановиться в самом начале?
- Теперь понимаю, - кивнул генерал.
- Более того. Самое страшное заключается в другом. Чем дальше я иду с Рэном, тем больше понимаю: не так уж сильно мои предшественники и ошибались. Все это время я искал ответ. Четкий и ясный. Были ли они безумцами? Или все, что они делали, было осмысленным? Открыл ли мне Рэн глаза на правду? Или ослепил. Чтобы сделать меня своей марионеткой?