- Похоже, все здесь были обеспокоены тобой больше, чем ты сам, Рэн – резюмировала Эйн. – Мое мнение можешь даже не спрашивать. Ради тебя, дорогой, я угробила свою Гильдию, вскопала сад с цветущими деревьями, где зарывала топор войны, чтобы его снова достать. Потеряла все свое влияние, учеников, доверие. А теперь еще и деньги.
- И гитару, наконец, - Рэн тяжело вздохнул, потирая затылок.
- Но зато я обрела шанс навсегда избавить мир от угрозы Альянса, которую девять лет старалась не замечать. Снова окунулась в так сильно пахнущее молодостью действо войны за судьбу мира. И, в целом, я горячо провела это время. Мне не за что тебя благодарить. Весь триумф былых и современных авантюр тонет в слезах горечи о погибших. Но, чтобы быть честной: если бы мне предложили все повторить еще раз, я бы снова сделала все то же самое. Это во мне неисправимо. И твоей вины тут нет.
- Как же долго я ждала тебя, - произнесла хозяйка Гильдии в своем кабинете. - Я знала, что ты вернешься. Всегда возвращался. Но меня все равно мучает вопрос, где ты был? Я бы предположила, что залег на дно. Исчез в самоизгнании с целью набраться сил, вернуть былое могущество и потом отомстить Ай-Зур за смерть друзей. Этого я боялась больше всего. И я, наверное, приложила бы все силы на то, чтобы остановить тебя. Сочла бы, что лучше еще раз утопиться в приключении, наслаждаясь своей зависимостью от сумасшедшего прошлого.
- Я понял это, - кивнул Рэн, не поднимая глаз. – Теперь я все понял. Именно поэтому я позвал вас всех сюда. И рассказываю о своем пути. Предаюсь воспоминаниям. И выражаю, как могу, свою благодарность. Потому что я знаю и… теперь готов признать: моя жизнь вам тоже важна. Так же, как мне - ваши.
- Аргус бы сейчас был в бешенстве, - вдруг скромно добавила Инкогнито с печальной улыбкой. – На самом деле, он ни за что бы не позволил такому случиться. Если бы я ему сказала, что такое возможно. Что Рэн Однорукий найдет себе таких друзей. Что его будут ценить. О нем будут вспоминать. А если бы он узнал, что… одной из этих людей стану я… гнева его было бы не избежать. А какую бы боль он испытал… от осознания одиночества…
С глаз девочки соскользнули блестящие слезы. Несмотря на это, Инко улыбалась. Лишь ее голос совсем утончился.
- Он уже не был человеком. Он не был способен на хорошие чувства. Наар-Киз не оставил ему ничего, кроме ненависти. И боли, - глотая слезы, продолжила синеглазая. – И знаете, что самое странное? Рэн хотел себе смерти с самого начала. Хотел просто вернуться к своим друзьям. И нам даже не надо было поддаваться тем чувствам, что в нас вшили. Могли просто подождать. И все закончилось бы само собой. Альянс бы пал. Рэн бы вернулся бы в эриад. И мы бы смогли существовать дальше. Пусть, в таком извращении. Но мы не принесли бы столько боли другим. И не причинили бы ее друг другу.
Дрожащими руками Инко закрыла лицо. Второй раз в жизни она поддалась чувствам настолько. При этом девочка до сих пор не могла понять, почему вода стекает по ее щекам? Почему так горько в груди? Почему слова вызывали неприятное щипание в глазах? И пытались вытолкнуть что-то из груди...
Первой к девочке неожиданно подошла Эйн. Она обняла Инкогнито, прижав к себе так же бережно, как прижимала дочь или Иджи. И даже Айжен не смогла сдержать вдруг нахлынувших чувств. Смотря на Инко, она тоже вытерла несколько капель с щек.
- Боже! Я не хотела его убивать! Я не хочу Рэну смерти! Никому не хочу смерти! – Инкогнито испуганно вжалась в Эйн, обхватив ее, как родную мать. – Но почему Судьба так не справедлива? Зачем нас научили ненависти? Зачем научили зависти?! Почему нам не дали с самого начала самим выбирать? И почему мне сейчас так больно?
- Ты уверена, что он умрет, кхф-кхф? – прокаркал механический ученый. – Если предсказание точное…, то тебе и быть свидетельницей его падения. Не только свидетельницей. Но и инструментом! Кхф-кхф! Вооруженные Судьбой мы нанесем неоспоримый удар по всем вероятностям. Рэн Однорукий умрет! И в этом тебе кое-кто поможет…
- Плачь, дитя, - заботливо проворковала Эйн. – Не держи в себе. Выпусти все слезы наружу. Твоя душа тоже устала от мук. Тебе больно. Как и нам всем. Это означает, что ты жива. Жаль, что я так поздно это поняла.
- Как знал, что будут слезы. А платков все равно не захватил, - постарался отшутиться Рэн. – Впрочем, мое нежелание принимать очевидные вещи, похоже, уже можно назвать фирменной фишкой. Нда. Инкогнито…
Мужчина, наконец, оторвался от своего угла и смелее шагнул к друзьям.
- Слушай. Мне жаль, что все так вышло, - признал он тихо. Синие глаза смотрела на него замутненным слезам взором из-за плеча Эйн. – Мне жаль твоего напарника. Жаль, что другого выхода у нас не оставалось. Наверное, мы могли бы попытаться как-то… все это исправить…