Рэн быстро отступил на безопасное расстояние, чтобы восстановить силы. Его противник не спешил заканчивать бой. Он медленно двинулся к мечнику, словно зомбированный. По пути все так же без слов рыцарь поднял руку и осмотрел свое вооружение. Когтистый палец Аргуса высек искры из крутящегося лезвия на руке. Дезинтегрирующее кольцо продолжало сверкать на бешенной скорости.
- Ты смотри, а у него иммунитет, - выдохнул Однорукий. - Жертвой этой безумной поделки стал уже не один трактор. И моя кираса. А этот знай себе - когти точит.
- Хватит говорить, восстанови дыхание, - напряженно прошипела Инкогнито.
- Да я пытаюсь! Но, то ли протез не имеет функции повышения сосредоточенности, то ли Хронос и сам любил пообщаться во время боя, - фыркнул мечник. И продолжил уже совсем тихо без лишних эмоций. - Ладно. Он и без слов косячит. Если точит когти, значит их можно и сточить в конец. Теперь мы знаем, что его собственные клинки для него так же представляют опасность. Пусть и не такую критичную.
Оба воина заняли стойки почти одновременно. И снова сошлись в битве. В этот раз Рэн выступил с куда большей собранностью. Увеличил силу и скорость каждого удара. От вспышек эо вокруг начали взрываться руины шахты. Но Аргус не уступал.
В нужный момент серый рыцарь снова увеличил темп наступления. Буквально предугадывая действия врага, он выбил Рэна из равновесия. Следующим же четким выпадом откинул Инкогнито из протеза Однорукого. Враг оказался обезоружен. Оставалось закончить бой одной атакой дезинтегратором.
Тем не менее, Рэн не растерялся. Ловко развернулся и выловил свое оружие левой рукой. Схватил, как попало, прямо за лезвие по середине. И совсем не подумал о защите.
- Все кончено, - с плохо скрываемым предвкушением все-таки произнес Аргус.
На всю комбинацию ушла всего секунда. Но этой секунды хватило Аргусу, чтобы подобраться к оппоненту. Светящийся клинок сверкнул в опасной близости от Рэна. Мечнику оставалось лишь защититься правой рукой.
И вдруг яркий свет померк под хваткой искусственной руки. Протез Хроноса сжал дезинтегратор, словно какую-то игрушку. Железные пальцы мигом побелели, но даже через пару секунд не потеряли формы. Энергии руки сами собой подстроились на противодействие эффекту дезинтеграции.
- Хм, ты удивлен? – задумчиво спросил Рэн. Он смотрел на противника с поднятой головой. В тенях на лице глаза пылали сине-зеленым огнем. – Все верно, парень. Это конец.
Если Аргус и был удивлен, то быстро переборол легкое оцепенение. Он понес второй клинок в грудь соперника. Рэн даже не двинулся. Легким усилием он сжал светящееся кольцо на руке парня. Чакра мигом треснула. И в следующую секунду разлетелась по пещере шальными осколками.
Однорукий небрежно перехватил второй светящийся клинок. И не дав Аргусу опомниться, понес кольцо к его собственной груди. Серый рыцарь осел на одно колено. Ему пришлось напрячь все свое тело, чтобы попытаться противостоять Рэну.
Но это оказалось бесполезно. Сияющее лезвие высекло искры из брони Аргуса, оставив ровный порез. Самого парня не подвергло дезинтеграции. Но и не спасло. Как только в доспехе появилась брешь, Рэн поудобнее перехватил Инкогнито левой рукой. И, как копье, вогнал ее со всей силы в грудь Аргусу.
Черное лезвие, наконец, прошло под непобедимый панцирь. И мигом выпустило внутрь заготовленную комбинацию. Раздался странный звук. Словно кусок сырого мяса бросили на пол. Рэн четко представлял, что произошло с телом его противника. Порезы в нескольких измерениях в глубинах серого доспеха превратили тело как раз в то, что могло упасть на пол с таким звуком.
Выждав секунду, Однорукий вытянул клинок обратно. С эфеса полилась черная кровь. Рыцарь дернулся. И вдруг задрожал всем телом. Правая перчатка словно треснула. А затем с легкими хлопками весь его доспех начал рассыпаться. Серые щитки, один за другим, принялись отстегиваться друг от друга и опадать вниз.
Их словно отторгало тело носителя. Перчатки, наплечники, поножи и сапоги развалились на составные части. Лишь сама кираса обвисла на хрупком разбитом теле. И перед Рэном предстал его давний враг. В самом жалком своем обличии.
Пересмешник больше не был похож на человека. Уже было не ясно, где у него начиналась плоть, а где были искусственные части. Все это покрывала черная закипающая кровь. От тела поднимался легкий дымок.