седьмого китайского патриарха буддийского тантризма Хуэйго, творчески развив его учение. Кукай ставил акцент на достижении состояния будды (что было аналогично отождествлению с буддой Махавай-рочаной) уже в этой земной жизни. Крайне изощренная философия
школы сингон сочеталась с весьма сложными ритуалами, в ходе которых практикующие делали особые жесты (мудры), произносили
сакральные формулы (мантры), созерцали символические сакральные
изображения (мандалы).
Определенное развитие получает также мистическое отшельни-ческое течение сюгэндо, родоначальником которого был Эн-но гёдзя
(VII в.). Буддийская ортодоксия не признавала сюгэндо, однако последователи этого направления были популярны в народе как гадатели
и врачеватели, а в эпоху Хэйан пользовались успехом и у многих аристократов.
В 1192 г. в Японии устанавливается правление сёгунов (великих
полководцев), представлявших интересы военного сословия — саму-райства. В поисках подходящего мировоззрения самураи обращаются
к дзэн-буддизму (кит. чань). Самураев привлекали в дзэн его внешняя
простота, практицизм, неприятие книжной учености, абстрактных
176 ИСТОРИЯ
РЕЛИГИИ
умозаключений и изощренных ритуалов, способность адаптировать-ся едва ли не к любой сфере деятельности, поэтическое отношение
к повседневности. Ощущение бренности всего сущего, господствовав-шее в прежний период, сменяется более позитивными тенденциями.
В Японии распространяются различные течения и школы дзэн. Наибольшей популярностью в среде самураев пользовалась школа риндзай (кит. линьцзи). Ее основателем был монах Эйсай (1140–1215), по старой традиции получивший посвящение в Китае и проповедо-вавший эклектическое учение. Считается, что именно Эйсай привез
в Японию семена чая. Многие риндзайские монахи были наставниками у самураев, выполняли различные поручения властителей. На основе школы риндзай возникла система «пяти монастырей» (годзан), внесших большой вклад в японскую культуру. В эпоху политической
нестабильности и кровавых междоусобиц дзэнские монастыри считались островками спокойствия и очагами культуры. Дзэн школы Эйсая
повлиял на различные виды японской культуры (икебана, чайная церемония, живопись, садово-парковое искусство и др.). Вместе с тем
такая увлеченность нерелигиозными по своей сути сферами культуры
способствовала усилению секуляристских тенденций. Наивысшего
расцвета дзэн достиг при сёгунах Асикага (1336–1573).
В отличие от школы Эйсая, тяготевшей к официальному признанию, школа сото-дзэн, особенно на первых порах своего развития, из-бегала контактов со столичной властью. При этом она пользовалась
значительной поддержкой в провинции. Основоположник сото (кит.
цаодун) Догэн (1200–1253) отстаивал важность «чистого дзэн» и проповедовал идею постепенного приближения к истине, которое осуществляется в практике сидячей медитации (дзадзэн). Впрочем, уже
сама практика, по его мнению, и есть истина, поскольку каждое существо изначально наделено «природой будды». Храм-монастырь Догэ-на — Эйхэйдзи — славился своими строгими порядками и духом аске-тичности. Свои воззрения он изложил в фундаментальном сочинении
«Сёбо гэндзо» («Сокровищница глаза истинного закона»). Смягчение
радикального духа школы сото и ее большее внимание к реалиям и вы-зовам современной эпохи произошло при наставнике Кэйдзане (1268–
1325).
Широкое распространение в эту эпоху получает амидаизм, или культ
будды Амида (санскр. Амитабха). В рамках амидаизма развивались два
основных направления, связанных соответственно с учениями о пере-рождении в чистой земле с помощью будды Амида и с учением о проявлении в себе природы будды. Основателем второго направления был
Глава 3. Мировые религии 177
монах Рёнин (1072–1132). Но позже стало доминировать первое учение. Одним из популярных учителей был Хонэн (1133–1212), создатель школы дзёдо (чистая земля). Возможно, рост популярности его
школы был обусловлен развитием идеи «конца закона» Будды Шакьямуни, в результате чего мир нравственно деградирует и приближается
к гибели (ср. с христианской идеей «конца света»). Мир, в котором мы
живем, полон несовершенства и заблуждений, поэтому следует стремиться к более чистым сферам. В период «конца закона», по мнению
Хонэна, следует надеяться только на спасительное милосердие Амида.