— Кто вы? — спросил Вихров. — Я вас раньше не видел.
Молодой человек на секунду задумался, как будто выбирал из множества имен подходящее.
— Том Стоун, — наконец, произнес он, — эфаналитик департамента безопасности Всевече. Так вы знаете, почему сработала система безопасности?
Возможно, оно и к лучшему, промелькнула мысль. Ну что же, карты на стол.
— Она сработала, потому что я ее включил.
Стоун чуть заметно кивнул, как будто ожидал именно такого ответа. Остальные встретили его заявление ошарашенным молчанием. Ли Фань, только что выбравшийся из камеры, снова открыл рот первым.
— То есть как это Вы? Зачем?
— Потому что вы мне нужны здесь. Вы все. Мы должны запустить ускоритель. Возможно, у нас есть шанс спасти Землю.
Вихров видел, как недоумение на лицах сменяется враждебностью. Люди видели перед собой человека, виновного в их беде. Человека, который только что в этом признался сам. Пока они его еще слушали, но только пока. Эфаналитик, казалось, наблюдает за происходящим со стороны — как будто его все это не касается.
— Господи, да мы все здесь погибнем! — закричал Ли, брызжа слюной. — Вы нас погубите! Вы…
Сол ударил его по щеке. Лицо настройщика дернулось, от неожиданности он замолчал.
— Прекратите истерику, — негромко сказал Вихров — если будет меня слушаться, никто не умрет, ясно? Я здесь не для того, чтобы погибнуть. И вы здесь тоже не для этого.
В его словах было столько спокойной силы, что никто не решился возразить. Таким они его еще не видели. Сол Вихров, директор Академгородка, всегда вежливый и никогда не повышающий голоса на подчиненных, ударил кого-то… Невероятно! Похоже, это произвело впечатление, несмотря на угрозу смерти. Ли Фань, бормоча что-то невнятное, отошел от Вихрова подальше. Держать дистанцию, мелькнула мысль, между начальником и подчиненными всегда должна быть дистанция, иногда — в буквальном смысле. Необходимое условие повиновения, как его когда-то учили. Сейчас, когда Фань отошел к остальным, это условие выполнялось. Люди стояли перед ним, впечатленные наглядной демонстрацией его уверенности в себе. Они снова видели в нем лидера. Молодец, заработал несколько очков, теперь их надо пустить в рост. Вот только эфаналитик в схему начальник-подчиненный плохо вписывался. Ладно, им займемся потом.
— Вы знаете, что наверху появилась зона вырождения, — начал Вихров, — она все время растет и угрожает поглотить ускоритель.
Констатация факта, который всем известен. Начать разговор с того, с чем все согласятся. Это поможет убедить их в менее тривиальных вещах.
— Есть только один способ спастись, — он выдержал паузу, ожидая, что кто-то ему подскажет — как примерный ученик на уроке.
— Аннигиляция?
— Верно! — подтвердил Вихров. Теперь, продолжая говорить, он обращался к этому человеку. Судя по комбинезону, кто-то из механиков, обслуживающих энергетические станции. — Для этого нам нужен аннигилятор Погорилого.
— Но ведь на ускорителе его нет, — недоверчиво сказал Фань. — Или я неправ? Тогда почему его не задействовали раньше?
— Вы правы, Ли, — согласился Вихров. Теперь, когда настройщик демонстрировал готовность к сотрудничеству, следовало обращаться с ним подчеркнуто вежливо. Сол хотел, чтобы тот понял — недавний инцидент остался в прошлом. — Вы правы — пока у нас нет установки. В ближайшее время я свяжусь с командованием орбитальной группировки сектора «Европа», и они пришлют нам шаттл, оборудованный аннигилятором серии «Альфа». Его мощность не меньше, чем у стационарного устройства.
— И почему они это сделают? С какой стати командование будет заниматься нашими проблемами?
— Потому что от нас зависит судьба Земли.
Вихров сделал небольшую паузу, подчеркивая важность своего заявления. Никто не проронил ни слова, даже Ли Фань. Они готовы играть по моим правилам, подумал Сол, слава Богу или кому-то еще, но они готовы мне подчиняться. Начальник вновь взял ситуацию под контроль. Следующие десять минут он объяснял по возможности простым языком ту идею, которая была изложена в статье Звездного-Чехова. Он обращался к механику, как к человеку, из всей аудитории наиболее далекому от науки. Если поймет он, остальные тоже поймут. В прошлом Вихров всегда тяготился необходимостью постоянно объяснять разного рода чиновникам значение научных задач, которые решаются на ускорителе, но теперь он вовсю использовал отработанные на них приемы популярного изложения сложных вопросов. Он видел, что его речь трогает сердца слушателей. Возможно, далеко не все понимали тонкости взаимодействия поля ускорителя с вырожденной материей, но энтузиазм Вихрова, его увлеченность передавалась им. Он видел, как в глазах загоралась надежда. Возможность спасти Землю, планету, давшую человечеству жизнь, будоражила умы. Шанс, который дает наука.