— А теперь убирайтесь, — устало сказал Келд, подобные пытки бесплотных созданий были весьма утомительны, хотя в процессе он не шевелил ни одним пальцем. — Мир запомнил вашу клятву.
Оба создания в одно мгновение снова стали дымом и срочно скользнули под дверь. Келд немного помотал головой, приходя в себя, потом повернулся к Вере.
— Ты поэтому мне отдалась?
— Да, — с вызовом заявила она, — но не только. Ты мне понравился. И теперь нравишься ещё больше.
— Вот, значит, как, — он присел на край кровати. — А у тебя не будет проблем? Тебе ведь ещё предстоит идти замуж.
— Не будет, — уверенно заявила она. — Без приданого меня никто не возьмёт, или я останусь в девках, или же пойду за какого-нибудь пропойцу, которому всё равно, чиста я или нет.
— А что теперь? — спросил он, с интересом гладя ей в глаза.
— Будем ждать конца бури, — она потянулась к нему, стягивая с плеч тунику, которую успела натянуть. — У нас ещё неделя. Иди ко мне.
Неделя пролетела незаметно, им было чем заняться, только лошадь страдала от невозможности двигаться и от скудной еды. А на девятый день ветер начал стихать. Дождавшись, пока дом перестанет трястись, Келд подошёл к двери и с опаской отодвинул засов.
Сильный порыв ветра ударил в лицо, заставил отшатнуться, но, вопреки ожиданиям, не повалил с ног. Можно было выходить, великая буря ушла дальше, а ему следует спешить. От свежего воздуха кружилась голова, под конец их заточения дышать в доме было уже невозможно. Кроме светильника и их немытых тел, добавляла аромата и лошадь, которая, пусть и почти не получая пищи, тем не менее, гадила за двоих. Староста, вернувшись в дом, будет очень недоволен.
На пороге дома он попрощался с Верой, сказав, что, возможно, вернётся за ней. Потом отдал ей лошадь. За животное уплачены деньги, Выдра, надо полагать, уже забыл о её существовании, пусть останется здесь, более того, пусть будет принадлежать этой девушке. Это его подарок. Напоследок сунул ей горсть золотых монет, расточительство, но хоть какое-то приданое будет.
Развернувшись, он отправился к проходу, время упущено, да только погоню никто не отменял. Преследуемый никуда не уйдёт, все его старания — это только отсрочка.
Глава десятая
Новый мир был миром индустриальным, не совсем то, что требовалось ему, но тоже неплохо. Пройти здесь будет даже легче, поскольку уже появились скоростные средства передвижения. А в том, что средства эти ему скоро потребуются, Виньер не сомневался. Если в предыдущем мире следовало только пройти пару сотен миль, то здесь всё было куда сложнее. Проход располагался далеко, настолько далеко, что добираться туда придётся не один месяц. И не два. Практически, через половину мира. Кроме того, расположен он в труднодоступных местах, на севере, где почти никто не живёт.
Такие вводные ясно говорили о необходимости, пусть и на короткое время, натурализоваться в этом мире, найти местные деньги, возможно, получить какой-то документ. Но начать следует с языка. Пусть он и знает направление к проходу, но путь туда можно изучить только с помощью местных. А с местными нужно найти общий язык.
Новый мир встретил его холодным ветром и начинающимся снегопадом. Под ногами была высохшая трава, позади начинался редкий лес, а впереди стоял город, довольно большой, и к городу этому вела широкая грунтовая дорога.
Зябко поёжившись, он поднял воротник плаща. Одет он явно не по погоде, да и вообще, следует как можно быстрее переодеться по местной моде. Человек, одетый иначе, чем другие, будет невольно привлекать к себе внимание, и провоцировать людей на ненужные вопросы. Но для этого нужны были деньги.
Преодолев небольшой мост через замёрзший ручей, он оказался в черте города. В глаза бросились высокие кирпичные дома, некоторые из которых достигали восьми этажей. И это окраина, в центре всё должно быть ещё серьёзнее. И в центре же следует искать банк, или какую-то иную контору, где можно обменять золото на местную валюту.
Следующая увиденная картина ему не понравилась. Солдаты. Люди в серо-зелёной форме, шинелях, фуражках и начищенных сапогах. Все с оружием, на плечах висят многозарядные винтовки с примкнутыми штыками. Идут строем в колонну по четыре. Впереди шагает офицер, которого легко узнать по погонам с золотым шитьём и шинели хорошей выделки. Лица солдат насуплены и, надо полагать, причина для дурного настроения у них имеется. Здесь война? Не исключено, а это плохо. Его задача сильно усложнится. Очень может быть, что иностранца, не знающего языка и сорящего деньгами, сочтут шпионом, тогда придётся переходить на нелегальное положение.