– Смотри, что нашла, – Шерил постучала бледной ладонью по шезлонгу, – вчера привезли. Жду не дождусь, когда всё это закончится.
– Что с тобой? – Ава перешла сразу к делу. Тори могла вернуться в любой момент. – Я тебя не узнаю.
– Обычно старшие так говорят, – Шерил опустилась на лежак. – Я устала, – схватилась руками за голову, – Альфред попросил меня подружиться с Террой. Он хочет выяснить, как они с братом оказались в Реликте. Но эта девчонка просто невыносима. Если бы я не знала, что она понимает английский… Хомячок и то разговорчивее.
– Знаешь, ты сама меня учила, что все люди разные. Есть сложные, есть простые. Нужно просто позитивно мыслить, – отбойный молоток гремел в висках. Находиться на балконе было настоящей пыткой.
Шерил покачала головой.
– Я никогда раньше не жалела, что пошла в «поднас». Наша работа порой доставляет много проблем. Бывает, за день так изведусь, что просто хочу послать всех своих подопечных куда подальше. Но проходит ночь, и я с новыми силами спешу на помощь, чтобы увидеть их глаза. Ты меня поймёшь, когда сама увидишь.
– Глаза? – переспросила Аврора.
– Да-а, – протянула наставница, – глаза, когда ты им помогаешь. Глаза благодарности. В такой момент ты понимаешь, что силы потрачены не впустую. Но не с Террой. И не с Каином, – родинка под носом вздыбилась, – эти люди здесь чужие. Их не интересует благополучие. Честно говоря, я вообще не знаю, что их интересует. Каин ещё ничего, Кейт вроде бы нашла к нему подход. А у девочки как будто нет чувств. Она меня пугает, Ава. Когда я смотрю ей в глаза, то вижу… эту ледяную, фиолетовую пустоту... просто мороз по коже. Каждый долбанный день я навещаю её, и ничего. Подарки не принимает, гулять не выходит, даже не здоровается, – Шерил закашлялась. – Я опустошена.
– Я принесу воды, – Ава сжала плечо наставницы.
– В конце коридора есть кухня, там осталась моя кола.
Аврора осторожно протиснулась между стеной и стальной сваей и выбралась в коридор. Нужно бы раздобыть ключ от балконной двери, пока никто шею не свернул. Она шла вперёд по сумраку, цепляя ногами цементные крошки и пластиковые обрезки. На языке горчил вкус бетона. Свет так и не провели, лишь вечернее солнце озаряло стену красно-жёлтыми пятнами. Что-то в этом было одновременно завораживающее и пугающее.
Сердце болело за Шерил. Что ей посоветовать? Что сказать? Ава подозревала, что наставница что-то приняла. Она была сама не своя: кричала, ругалась. Так выглядит эмоциональное выгорание? Аврора уже видела раньше что-то подобное. После смерти отца мать стала вести себя очень агрессивно, многие годы Ава прожила в одних стенах с котлом кипящего масла. Может, стоит обратиться к Альфреду за помощью? Он помог маме, поможет и Шерил.
Ава толкнула дверь с пыльной табличкой «Кухня» и зашла внутрь. Рука не сразу нащупала выключатель, наконец, одинокая лампочка без плафона зажглась белым.
«Что за свинарник!»
Запах стройки царил и на кухне. В углу комнаты валялись детали разобранного шкафчика, обёрнутые плетёной тканью стулья лежали сидушками на столе. На тумбочке исцарапанная разделочная доска и нож для овощей – кто-то пускал помидорам кровь. Аврора заглянула в холодильник, стаканчик с колой стоял на верхней полке рядом с тарелкой подсохших пирожков. Перекусить бы!
Ава сунула тарелку в микроволновку и пошарила по шкафам в поисках чашки. Сейчас бы чай ей не помешал.
В коридоре зазвучала тихая мелодия, которая через несколько секунд прекратилась. Должно быть, кто-то включил телек. Не успела Ава об этом подумать, как по этажу прокатился крик Шерил:
– Задолбали греметь, дятлы! Дайте отдохнуть спокойно!
Аврора усмехнулась. Не каждый день такое услышишь от интеллигентной, воспитанной женщины. Нужно срочно нести колу, остудить наставницу.
По коридору снова прокатился крик Шерил. На этот раз куда громче. Аве показалось, как будто её голос утонул где-то на нижних этажах. Отбойный молоток затих.
«Да что там вообще происходит?»
Аврора взяла поднос и поспешила обратно. В конце длинного коридора виднелся темный силуэт.
«Кто это?!» – Аврора поежилась от дежавю трёхлетней давности: такой же мрачный коридор, духота, глухой писк эйчфона, загадочная фигура вдали. Её передёрнуло, тарелка на подносе пугливо задрожала. Тот вечер закончился гибелью Ники Рат…
«Да это же Тори!» – Ава с храбростью морской свинки шла навстречу тёмному силуэту. Коридор погрузился в темноту, редкие пятна солнца на стенах куда-то пропали, приходилось идти мелкими шажками. Она то и дело спотыкалась об упаковки звукоизоляции и мешки цемента. Собственные шаги отзывались звенящим эхом на пустых стенах.