Фигура в конце коридора стояла неподвижно, словно ждала, пока Ава заползёт в её паутину.
Стена на несколько секунд озарилась жёлтой полоской света и снова погрузилась во мрак. Из-за поворота появился мужчина, в его руке торчал какой-то длинный предмет. Аврора замерла посреди коридора с подносом, по спине пробежал холодок. Эйчфон на запястье трусливо пискнул.
– Что за крики на весь этаж? – возмущённо спросил мужчина.
Ава выдохнула – это был мистер Гор. Она сделала несколько неуверенных шагов, пока не разглядела у него в руке скрученную в трубочку стопку листов.
– Не знаю, – осипшим голосом прохрипела она, – я иду с кухни.
Мистер Гор цокнул языком и зашагал по коридору в сторону тёмного силуэта, Ава старалась не отставать.
– Когда уже сделают свет? – бубнил директор. – Как только облачно – так ни черта не видно. Мисс Флинт, это вы кричите?
– Нет, мистер Гор, – отозвалась чёрная фигура. – Это откуда-то снизу.
«Всего лишь Тори. Я была права».
– Устроили тут балаган.
Ава перевела дух и покачала головой:
«Да я ещё большая трусиха, чем Колбаса».
– Куда вы несёте поднос? – поинтересовался директор.
– Эм, – Аврора приоткрыла рот. Стоило ли рассказывать мистеру Гору, что они облюбовали балкон? – Знаете… мы с Шерил хотели немного перекусить.
– Опять на балкон лезете? – догадался директор. – Я зачем дверь запирал? Чтобы вы лазили по карнизу. Просил же миссис Харч дождаться, пока перилла сделают. Нужно сказать рабочим, чтобы заделали стену.
Мистер Гор вошёл в пустой класс, Ава и Тори шагнули за ним. Вдоль стены стояли длинные картонные коробки с упакованными партами, в носу защекотал запах свежей штукатурки. Лишь половина комнаты была уложена паркетной доской, за грязными пыльными окнами виднелся балкон. На нём никого не было.
«Где же Шерил?»
– Вы уже пляж здесь устроили? – мистер Гор заглянул в окно и коснулся пальцем наушника. – Слушаю… что?! – он сунул руку в карман и вытащил из него магнитную карту. Его ладонь задрожала.
Аврора ступила на балкон. Снизу доносились крики и ругань строителей. Она сделала несколько неуверенных шагов и испуганно заглянула за край. Группа рабочих склонились над чем-то внизу. Когда один из них отошёл в сторону, Ава увидела тело женщины в изумрудном платье.
Поднос глухо упал на пол, холодная кола обдала ноги тёмно-красными брызгами.
Глава 8. Каргад №1
Каин содрогнулся от резкого стука дубины по металлическим прутьям решётки. Он приподнялся на локтях и зажмурился от яркого света, направленного точно в глаза.
– Подъём, спящие красавицы! – эхом по камере прокатился раскатистый голос охранника. – У вас есть десять минут на завтрак! – он прошёл дальше и громко стукнул по решётке. – Угол пятьдесят три, я сказал подъём, или тебе нужно особое пробуждение?
По коридору звонко прокатилась тележка с раздачей завтрака.
Каин опустил ноги на подмёрзшую за ночь половую тряпку и зевнул. Он лёгонько ткнул Терру локтем.
– Вставай, опять не успеешь позавтракать.
Сонный глаз Терры выглянул из-под подушки. Щёки были испещрены розовыми ночными морщинами. Она пробурчала что-то нечленораздельное и перевернулась на живот, заняв почти всю и без того тесную койку. Обнажившееся правое плечо мгновенно покрылось гусиной кожей. Каин коснулся ладонью тощей, покрытой кровавыми синяками, спины – холодная.
«Так продолжаться больше не может!» – он стиснул кулаки.
– Где свитер? Стены к зиме совсем остыли.
– Упал, – зевнув, Терра сунула руку в щель между кроватью и стеной и вытащила перепачканный свитер крупной вязки, а в придачу к нему ещё несколько комков волос, паутину с жирным пауком, да пару-тройку мышиных костей. Она сонно стряхнула всю эту гадость обратно за кровать и, прищурив левый глаз, поднялась.
– Нужно было надеть перед сном, – Каин быстро натянул рабочую форму, припрятанную под подушкой, и подошёл к решётке. Три тарелки со свежей кашей, полбатона белого хлеба и кусок сливочного масла уже поджидали в окошке для еды. Он взял две порции, отломил горбушку и вернулся на кровать.
Завтрак проходил в тишине до тех пор, пока Карл – сосед по камере из угла пятьдесят четыре, – не подошёл за едой.
– Вот тебе и доброе утро, а где весь хлеб?
– Я оставил твою порцию, – прошипел Каин.
– Чтоб тебя так кормили! Тогда я забираю масло.
– Если только не боишься, что это будет последнее масло в твоей жизни.
Оробевший Карл замер возле окошка с едой, вскоре он вернулся на кровать и поставил тарелку с кашей себе на колени. Кусок масла всё же не тронул. И правильно! Пожелтевший фонарь под глазом должно быть ещё напоминал ему о прошлом конфликте.