Всю дорогу до вторых Южных ворот Джек молчал. Товарищи же, напротив, неустанно веселились. Седрик уговорил Оглу спеть их народную песню и теперь покатывался от хохота. Мальчишка явно не понимал, что стал объектом насмешек и ещё громче затягивал припев горловым пением. Лишь Каин не разделял всеобщего веселья. Насупившись, он сидел в комбинезоне без маски и внимательно наблюдал за остальными. Возможно, они бы с ним даже сошлись характерами. Интересно, считает ли новенький своих товарищей тупицами, как и сам Джек? Это была плодородная почва, чтобы наладить общение.
Ава, когда они ещё общались, много раз советовала обзавестись знакомствами, друзьями, но Джек с трудом представлял, как это сделать. Большинство людей говорили ни о чём, обменивались сплетнями, рассказывали о вчерашнем дне. Но после года в заточении эти разговоры казались пустыми и бестолковыми. Какая разница, в какой юбке утром пришла бухгалтер, когда в мире полно интересных и непознанных вещей. Например, почему уколы АКВ до сих пор платные? Почему операцию для его отца не проведут бесплатно? Неужели городу будет лучше, если семья Веддок одним утром не проснётся? От мыслей о смерти родителей пересохло в горле.
У ворот Виктора куда-то отозвали, пришлось ждать. Товарищи разбрелись по группкам, а Джек решил дойти до комнаты отдыха. Внутри никого не было, он наполнил пластиковый стаканчик проточной водой и жадно осушил его.
– Мистер Идеальный, и ты здесь? – в комнату зашёл Ульф. Как младший товарищ, он любил повторять за Седриком, хотя никогда не переходил на оскорбления.
– Вик не вернулся?
– Не-а, – он открыл чужой холодильник и пробежал глазами по полкам. – Будешь? – вынул полупустую упаковку с нарезкой ветчины и вытащил несколько кусочков.
Джек протянул руку, чем немало его удивил.
– Думал, откажешься, – Ульф забрал остатки себе и сунул упаковку в ППЭД для утилизации. – А как же чужое брать нельзя?
– Угу, но кушать тоже хочется.
– Тоже верно. Да не бзди, я знаю, чья жрачка, он себе полсотни таких может позволить. Я иногда стреляю у него, вроде не обижается.
– Угу, – протянул Джек, с жадностью пережёвывая ветчину. Такие лакомства ему в рот нечасто попадают.
– Сложно обижаться, когда не знаешь, кто спёр, да? – хохотнул Ульф, роняя на пол несколько надкусанных кусочков.
– Я хотел у тебя спросить… – в груди Джека защемило. – У тебя как сейчас с финансами?
– Не жалуюсь, – пожал тот плечами. – С чего вдруг такие вопросы?
– У меня отец… ему нужны деньги на операцию… на процедуру по очистке крови.
– Да, знаю такую. Пять тысяч стоит. Батя по весне сделал, говорит, помолодел лет на сорок. Ха! Теперь меня называет старым пердуном, – Ульф убрал волосы с глаз и прищурился. – Всё так плохо?
– С чего ты решил?
– Мы с тобой уже давно работаем, парень. Просто так с нами не болтаешь. Значит, дела у тебя дерьмовые. Хорошо, что ты сказал, это первый шаг к становлению в коллективе. Говорить полезно, ха!
– Звучит красиво.
– Напомни в конце смены, я тебе переведу пятёрку, – без долгих размышлений сказал Ульф.
Джек округлил глаза, на ладонях проступил холодный пот.
– Спасибо! Я постараюсь вернуть, как только смогу.
– Всё фигня, не бери в голову, мистер Идеальный. Иногда доброе сердце не гарантирует здоровье, тогда приходится выкладывать трёхзначные числа, – он ткнул его кулаком в плечо и вышел.
Сердце продолжало колотиться. Сложно поверить, что всё прошло так просто. Трясущимися руками Джек набрал номер отца и приложил телефон к уху.
– Да, пап. Кажется, я смогу раздобыть сегодня нужную сумму. Угу, вечером обсудим.
Глава 13. Каргад №2
Снаружи послышались тяжелые шаги. Каин стащил с себя толстое байковое одеяло и не без труда приподнялся. Сразу же стало холодно. Со времени обрушения свода в шахте прошёл почти месяц, а тело до сих пор болело. Одно радовало – теперь он мог ходить и самостоятельно брать тарелку с едой. Но до работы его не допускали. Бедной Терре приходилось работать за двоих. Она совсем исхудала, глаза опухли, а на спине появилось два новых рубца от плети. Каин ничего не мог с этим поделать, он лишь днями напролёт лежал в сыром углу под номером пятьдесят пять и наблюдал, как день сменялся ночью, и наоборот.
В вечернем сумраке у самой решетки проступил тёмный силуэт. Раздался звон ключей и щелчок замка. Отряхивая ботинки от первого снега, в камеру вошёл человек.
– Без лишних ушей! – узнал он голос Эрика – начальника охраны Каргада, и по совместительству правую руку короля Мохры.