— Никогда такой вкусной воды не пила, — сказала она с удивлением.
Следом система, войдя во вкус, выкатила мне целый список новых задач.
Баня. Трубопровод от колодца к огородам. Оросительная система с распределением по грядкам. И ещё несколько строчек помельче, до которых я решил дойти позже.
Список был хороший. Даже слишком хороший для нашего пока ещё совсем маленького поселения.
Только думал я в тот момент совсем не о бане.
За неполные сутки к деревне пришли трое. По одному, вразнобой, спокойно, как в лавку.
И игнорировать этот факт не просто глупо, но и опасно. Надо срочно что-то делать. И точно разобраться действительно ли дело в Соне или в чём-то ещё.
Глава 15
Разбираться я пошёл сразу, не откладывая на утро.
Соня сидела за амбаром, на брёвнах, что остались у нас от крышки колодца. Подтянула колени к подбородку и водила щепкой по земле, вырисовывая какие-то каракули.
Я сел рядом, оставив между нами полметра.
— Я тебя не ругать пришёл, — предупредил я.
Она молчала.
— Мне другое надо знать. Ты в лесу пробыла долго. Что ты там видела?
— Ничего.
— Совсем ничего?
— Деревья.
Так. Начало многообещающее.
Дочку я вырастил, поэтому немного знаю, как оно устроено. Подросток в глухом отказе держится крепче любого забора. Ломать бесполезно, а обойти иногда получается.
— Сама видишь, — продолжил я, — у нас тут демоны прут один за одним. Вот я и хочу знать, видела ли ты какие-то их следы?
— Не помню, — угрюмо буркнула она.
— А твари собирались? Может, ты видела двоих сразу. Или троих. Нам надо знать, будет ли скоро ещё один большой набег.
— Один только был. Тот самый.
— А до него?
Соня пожала плечами и перевернула щепку другим концом.
Мимо неторопливо прошёл страус, остановился, нацелился на щепку и получил по клюву. Обиделся и ушагал к птичнику, гордо задирая и без того длинную шею.
— Соня, я тебя не обвиняю и не воспитываю. Но если ты знаешь что-то важное, то лучше тебе об этом сказать. От этого может зависеть судьба всего нашего поселения.
Она смотрела в землю.
Один раз всё-таки повернула голову к лесу. Быстро, коротко, и тут же обратно.
— Я ничего не видела, дядюшка Никифор.
Я поднялся и отряхнул колени.
— Хорошо, если что-то вспомнишь, сразу иди ко мне, — ответил я, не шибко надеясь, что она действительно так сделает.
Давить дальше не имело смысла. Подросток закрылся, и продолжи я нажимать, получил бы не правду, а обиду и три дня демонстративного молчания за столом.
Впрочем, для дела это уже почти ничего не меняло.
Дитрих говорит, что поодиночке такая мелочь обычно не ходит. А у нас вот теперь ходит. И неизвестно кто появится ещё и в каком количестве.
А то что нападения продолжатся. Не сегодня, так с очередным набегом, между которыми передохнуть у нас, похоже, тоже не вышло.
Но при этом из тринадцати человек как-то вооружены у меня двое, да и то потому, что я сам вложил им железо в руки.
У остальных в лучшем случае тяжёлый инструмент в руках, которым они дома ремонтируют. Им тоже, конечно, приложить можно кого-то при случае. Но лучше всё-таки иметь что-то более подходящее для битвы.
Так что я пошёл в гараж. Начал с колуна.
Колун у меня финский, из тех, что покупаешь один раз и потом двадцать лет рассказываешь знакомым, какая это была удачная покупка.
Широкое и тяжёлое лезвие словно само полено разводит, без всякого твоего участия. Ручка из прочного пластика — длинная, лёгкая и упругая.
Для колки дров лучше не придумаешь. Для боя не годится совсем.
Пластик хорош тем, что гасит отдачу и не трескается от мороза. Вот только когти по нему пройдут один раз, и останется у человека тяжёлая железка на палке, которая держится на честном слове. Значит, ручку надо одевать в металл.
Железа у меня в углу лежало достаточно: обрезки, оставшиеся от старых работ, всё то, что жалко выбросить и некуда пристроить.
Я выбрал две плоские железки потолще, обрезал по длине ручки и согнул каждую желобком, чтобы легли на пластик с двух сторон. Стянул их болтами насквозь, через шесть точек. Сверху намотал старую велосипедную камеру, разрезанную вдоль, чтобы рука не скользила и железо не студило ладонь.
Вышло увесисто и на вид довольно зловеще. Дальше за дело взялось Ремесло.
'Создан предмет: колун усиленный.
Качество: необычное.