Он не бросался и не рубил сплеча. Встал вполоборота, отвёл клинок назад и пошёл по кругу, чуть быстрее, чем поворачивалась тварь. Так, чтобы всё время оставаться у неё слева.
Горилла пошла в атаку размахнувшись огромной лапой. Володя отвёл когти в сторону скользящим движением, не подставляя клинок под удар, и сам ушёл на полшага, а тварь по инерции провалилась вперёд и открылась.
Вот тогда он и ударил. Один раз, снизу вверх, прямо в незащищенную подмышку.
Кости там не было вовсе, и палаш вошёл почти наполовину. Володя вынул его на ходу и отступил, а клинок при этом не остался в туше и не сломался.
Неплохо получилось. Ярмарочная железка кончилась бы ещё на попытке её воткнуть.
Дальше пошло веселее, потому что я наконец сообразил, как нам лучше действовать.
Ганс её удержит, если будет куда всадить копьё. Дитрих подрубит ногу, если тварь не будет вертеться. А вертеться она перестанет только тогда, когда ей станет не до нас.
— Ганс, бей туда же куда и Володя! Держи и не отпускай, что бы ни было!
Пара попыток, и копьё действительно попало куда нужно, а затем упёрлось в кость. Тварь дёрнулась раз, дёрнулась второй и не сошла с места. Ганс держал её, упираясь ногами в землю и хрипя, а древко даже не гнулось.
— Володя, слева, отвлекай! Не бей, просто мельтеши!
Он понял с полуслова и пошёл по кругу, тыча монстру клинком в морду. Тварь начала следить за ним, потому что клинок у самых глаз игнорировать не получается ни у кого.
Тогда настала очередь Дитриха. Он ждал команды в тени и вышел с той стороны, откуда его никто не ждал, включая тварь.
Колун вошёл прямо под колено и там и остался. Ещё одно незащищённое место.
Горилла схватила его свободной лапой и дёрнула, но рукоять не подвела.
Дитрих уже отпустил оружие и отступил на шаг, а топор так и торчал у демона в ноге.
Тварь осела на бедро. Любой нормальный зверь на этом бы и закончился.
Но горилла не сдавалась, и яростно искала момент, когда можно в кого-нибудь вцепиться. Она размахивала когтистыми лапами как мельницами, пытаясь достать хоть кого-нибудь, но все мы держались на безопасном расстоянии. Гориллу на месте удерживало копьё, которое теперь держал не один Ганс, а также присоединившийся к нему Дитрих и даже Глафира, которая не выдержала и рванула нам на помощь.
Вот же неукротимая кухарка!
Однако, этого было мало, чтобы прикончить демона, чью тушу почти полностью покрывала броня из костяных наростов.
Именно поэтому я больше не пытался нападать на него с пилой. Против пластин от неё пользы не было никакой, зато я успел рассмотреть эту тушу вблизи и понял то, чего пока не заметил никто.
Кость шла по спине, по плечам и по загривку. А снизу, под челюстью, где горло, была ещё одна незащищённая область.
Но к ней надо было ещё подобраться.
К счастью, гориллу отвлекали и развлекали сразу все. Даже Булыч.
Пёс вцепился ей в щиколотку сзади. Она достала его свободной лапой, когти проехали по загривку, а на загривке у него с вечера была шкура землероя в два слоя.
Я выдохнул.
Булыч кувыркнулся, вскочил и вцепился снова, уже с другой стороны.
Демон повёл головой вслед за собакой.
Мачете я вытянул из ножен на ходу и вбил ей в шею сбоку, в мягкие ткани под челюстью, вложив всю силу.
Тварь наконец подала голос, коротко вскрикнув.
— Миша, ты тоже! Сверху, по рукояти!
И Миша ударил молотом по торчащему из шеи тесаку, вогнав его на всю длину.
'Уничтожен демон. Вид не распознан.
Опыт начислен.
Оружие вашей работы применено союзниками в бою.
Опыт за Ремесло начислен.'
Во дворе разом стало тихо. Кто-то тяжело дышал, кто-то садился прямо в траву, из провалившейся крыши сыпалась труха.
Дитрих обошёл тушу кругом, потрогал наросты обухом и покачал головой.
— Не знаю такого, — сказал он. — А я много кого знаю.
Соня выбралась из бурьяна, встала над тварью и молчала.
Позавчера она с одного взгляда назвала землероя по имени и сказала, что он есть в книге с картинкой. Сейчас она смотрела и не говорила ничего, и по лицу мне сразу стало ясно, что в книгах такого нет.
Изольда тем временем добралась до сына и стянула с него разодранную рубаху.
— Дай посмотрю. Не дёргайся.
Она внимательно изучила рану. Потом посмотрела на щит, который валялся тут же, шкурой кверху, с четырьмя белыми бороздами поперёк.
— Никифор, — сказала она, не поворачиваясь. — Если бы не этот щит…
Она не договорила, но и так всё было понятно. Не догадайся я обтянуть люк шкурой, всё могло бы закончиться для Миши куда как печальней.