Девушка с золотыми волосами. Думаю, он просто медведь. Медведь. Не таджик, не поляк и не шахтер.
Свердлов. Знаешь, на планете не осталось ни одного нерусского. Мы думали, это будет китайский мир, но это не так. Просто они не знают, что они русские. И что у них уже давно вот здесь что-то скребется, в солнечном сплетении.
Девушка с золотыми волосами. Тайна?
Свердлов. И просто на свете не осталось ни одного нееврея. Все думали, новый мир будет исламский, но на самом деле это не так. Мы все в газовой камере. Мы все во всем виноваты.
Девушка с золотыми волосами. Да, я думаю, ты прав. Я думаю, это мы распяли Христа. Это мы сжигали людей в камерах и убивали младенцев. Поэтому медведь перекусил кабель.
Свердлов. И поэтому, когда ты открываешь форточку, становится так холодно, что невозможно ДЫШАТЬ. А когда ты ее закрываешь – так жарко, что НЕВОЗМОЖНО дышать.
Девушка с золотыми волосами. Приятно, когда понимаешь, что к чему.
Свердлов. Да.
Девушка с золотыми волосами. Тогда гораздо легче, да?
Свердлов. Да!
Девушка с золотыми волосами. И появляется какой-то смысл во всем этом, да?
Свердлов. Да!
Девушка с золотыми волосами. А ты все это точно знаешь, ведь да?
Свердлов. Н-нет.
Девушка с золотыми волосами. Возьми меня с собой. Мои микробы подходят твоим.
Свердлов. Да, я тоже подумал об этом. Я чувствую, как что-то зашевелилось в крови. Я знаю, это они, микробы. Они проели все мои артерии.
Девушка с золотыми волосами. Как ты хочешь уехать отсюда?
Свердлов. Разумеется, на поезде.
Девушка с золотыми волосами. Поцелуй меня в мое солнечное сплетение.
Разговор 11
Мертвый шахтер. Приближалась черная пурга, и девушка с золотыми волосами повела Свердлова в кафе пить какао и чай с водкой. В кафе были все. Даже таксист из Сочи.
Свердлов. Я чувствую страх, понимаете? Такой металлический, соленый.
Музейный работник. Я не понимаю, о чем вы говорите, мужчина.
Свердлов. Ну вы же по-русски говорите. Вы же не китаянка?
Музейный работник. Нет, я не китаянка. Согласно тесту ДНК, у меня нет никаких примесей. Вообще никаких.
Свердлов. А кто же вы, шахтерша в образе работника культуры?
Музейный работник. Я не работник культуры, я работник музея. Не надо путать.
Свердлов. Мне от двадцати семи до… где-то до сорока, потому что этот возраст, он очень непонятный. Ты посмотришь на человека и уже точно не определишь, ему тридцать или уже сорок, а выглядит он на двадцать пять.
Продавщица. Ты выглядишь на шестьдесят девять.
Свердлов. Кто эти люди? У них дыры в солнечном сплетении. Мне кажется, еще чуть-чуть, и у меня тоже будет. Нужно срочно уезжать из этого города.
Врач. Куда ты уедешь?
Свердлов. В Москву.
Охранник. Но офис этой компании в каждом городе.
Свердлов. Тогда я уеду совсем.
Таксист. В мире запрещено говорить по-русски. Тебе будут плевать в лицо.
Свердлов. Я уеду совсем, я уеду наверное. Мне будут плевать в лицо в созвездии Центуриона, как только я заговорю по-русски. Наверное. Такое ужасное русское слово, потому что оно двулично и только кажется красивым.
Шахтер, который умрет через две недели. Офис этой компании в каждой стране. Но все не так страшно. Все совсем не так страшно.
Девушка с золотыми волосами. Твоя теория вполне может быть верна, если любовь – это только микробы. Может быть, бог просто забыл вымыть свою чашку от кофе, и в ней на шестой день появилась жизнь.
Свердлов. Русский бог пьет кофе с водкой, значит, жизнь в ней не появится. Значит, это не он. Это наука.
Девушка с золотыми волосами. Ты веришь в науку?
Свердлов. Да.
Девушка с золотыми волосами. И в медицину?
Свердлов. Да.
Девушка с золотыми волосами. И ты думаешь, что если поймаешь медведя, то сразу же попадешь в Москву?
Свердлов. Да.
Девушка с золотыми волосами. О, какой ты неточный. Я хочу станцевать для тебя.
Свердлов. Не надо.
Девушка с золотыми волосами. Послушай. Кабель скоро починят, его всегда чинят. Это занимает какое-то время. И в это время тебя как будто нет. Посмотри, скоро твой вылет. Сразу же после черной пурги ты поедешь в аэропорт. И полетишь, полетишь над самым северным городом мира. Из города Эн в город Эм.
Свердлов. Я полечу только на поезде.
Шахтер, который умрет через две недели. Когда у нас пропадает интернет, это всегда надолго и плохо кончается. И почти всегда в это время наступает черная пурга, как будто она знает, когда наступать лучше всего. И тогда мы говорим: медведь снова перекусил кабель. И мы берем ружья и вилы и куда-то идем. Вот так. Это ведь так по-русски. Куда-то идти с ружьями и вилами. И это очень по-русски как-то, что мы добываем уголь, НЕ уран.