Отец. А без твоих ручищ он будто дорогу не найдет. Он уже взрослый, не надо его позорить.
Мать. Вдруг он опять что-то сломал?
Отец. Ничего он не ломал.
Мать. Неужели работу нашел?
Отец. Это не твоего ума дело.
Мать. Или женился.
Отец. Опять ты свою бабскую песню затянула. Придет твой сын к ужину, никуда не денется.
Входит дочь в светло-голубом платье.
Дочь. Ну как?
Мать. О, киса, какая ты у нас красивая!
Дочь. Точно хорошо?
Мать. Очень хорошо, в таком хоть в театр. Сходите в театр. Говорят, там сегодня показывают новую пьесу Ивана Андреева.
Дочь. У него, говорят, непристойности.
Отец. Нечего ходить по театрам. Разврат и мракобесие!
Дочь. Ах!
Мать. Какой же это разврат? Это ведь культура.
Отец. Культура-шмультура. Выведут голую актрису на сцену ради забавы и радуются.
Дочь. Это же непристойно.
Отец. О том и речь. Все это сплошной обман и пошлятина. Намажут морды всякой пакостью и ахают. Ох да ах. Все орут да стонут, входят и выходят.
Мать. Ты путаешь с порнографией. Ты ведь и в театре никогда не был.
Отец. Мне и быть там не надо. И так все понятно. Ох, ах, то не это, это не то, сидят на стульях, читают газеты, делают вид, что пьют. Потом кто-то стучит в дверь. Наверняка в каждом театре после того, как все наорутся, кто-то сразу же постучит в дверь. И все: ах, это, наверное, Степан Фёдорович Верхнесенский, сын генерала Нижнесенского, выдавший в прошлом году свою дочь за князя Куниславского, и тем самым обрекший ее на муки, но получивший внушительный капиталец в двенадцать тысяч миллионов почтовых марок.
Стук в дверь.
Дочь. Это он!
Мать. Это он?
Отец. Да не он это.
Дочь. Это он! Мама! Я же совсем не готова! Я пойду оденусь, а ты открой. Скажи, что я скоро выйду.
Мать. Давай, да. Беги, одевайся.
Дочь. Ой, подожди! Я не могу найти свои духи.
Мать. Их сломал твой брат.
Дочь. Что?! Блин, я же воняю!
Мать. Ты не воняешь.
Дочь. Ну ма-а-ам!
Мать. Ладно. Возьми освежитель воздуха в туалете, он приятно пахнет.
Дочь. Ладно.
Дочь убегает. Мать идет в прихожую, открывает дверь. Входит Алёша.
Алёша. Здравствуйте! Я Алёша. Мы с вами договаривались?
Мать. Не со мной, она сейчас выйдет. Мы вас давно ждем. Проходите. Она сейчас выйдет. Проходите, проходите, не стесняйтесь.
Алёша. Да я, наверное, тут подожду. Думал, что адресом ошибся. Кругом руины.
Мать. Рубины?
Отец (кричит из гостиной). Что он говорит?
Мать (Алёше). Проходите, проходите. Не на пороге же стоять. Уже и ужин сейчас подам.
Алёша. Не, не, я только на минуту.
Мать. И слышать не хочу. Ну же, разувайтесь.
Отец (кричит из гостиной). Чего вы там канителитесь?
Мать (отцу). Он не хочет разуваться.
Отец. У него что, грибок? Пусть тогда наденет тапки для гостей. Потом выбросим.
Мать (Алёше). У вас грибок?
Алёша. Да нет у меня никакого грибка!
Отец. Что он говорит?
Мать (отцу). Стесняется, что у него грибок.
Алёша. Да нет же.
Отец. Он что, баба, стесняться? Эй, ты что, баба?
Алёша. Я не… Я просто хочу…
Отец. Что он говорит?
Мать. Он говорит, что хочет, но стесняется.
Отец (кричит из гостиной). Разуваться все равно надо. Эй, пацан, мать весь день пол намывала. У него что, носки грязные? Дай ему мои носки.
Мать. Сейчас.
Алёша. Нет, пожалуйста…
Мать уходит.
Отец. Что он говорит?
Мать. Пожалуйста, говорит.
Отец. Да он вежливый. Дай ему тогда хорошие носки.
Мать. Синие?
Отец. Хорошие, бляха муха! Я говорю, дай ему хорошие носки. При чем тут синие? Да что с тобой сегодня?!
Мать. Я взяла синие.
Отец. Ладно.
Мать возвращается в прихожую, отдает носки Алёше.
Алёша. Мне как-то неудобно…
Отец. Что он говорит?
Мать (отцу). Неудобные носки.
Отец. Какой у него размер?
Мать (Алёше). Какой у вас размер?
Алёша. Да не важно… Давайте я разуюсь и пройду просто? Хорошо?
Мать. Проходите, проходите. Носочки наденьте. А ваши давайте постираю.
Алёша. Не нужно, прошу вас.
Отец. Что он говорит?
Мать (отцу). Не хочет надевать твои носки, брезгует.
Отец. Так они же чистые. Ты хорошие дала ему?
Мать. Синие.
Отец. Так и я сам их не надену. Дай ему хорошие.
Мать (Алёше). Давайте я дам вам хорошие.
Алёша. Нет, давайте я надену эти носки. И пройду, ладно? Это очень странно, но если вы хотите…
Мать. Вот и умничка. Давайте я ваши постираю.
Алёша. Не нужно! Давайте я их просто выброшу.
Мать. Ах!
Отец. Что он говорит?
Мать (отцу). Хочет выбросить носки.
Отец. Мои хорошие носки?!
Алёша. Свои носки! Я хочу выбросить свои грязные вонючие носки!