- Так, брат, мне нужна твоя помощь, ты слышишь меня? – Продолжил Джалел. – Я один не справлюсь. Мне только нужно, чтобы ты довез меня на своих крыльях до Заветного Замка, где хранится мой ремень. Ты поможешь мне? – Закончил свою пламенную речь герой просьбой.
То откликнулось пониманием и подвинуло свою голову, хотя и нехотя, и неуверенно, ближе к протянутой руке рыцаря, словно зачарованное. Тот дотронулся дрожащими пальцами до громадного клюва восхитительной птицы, после чего прислонил к нему свою вспотевшую от страха и волнения ладонь. Несколько секунд, и воин обнимал мощную шею покоренного им существа. Сердце рыцаря наполнилось дивным умиротворением.
В тот момент Айрини и Ган, полные благоговейного восхищения, приблизились к их новому другу. Крылатое создание несколько забеспокоилось, но, упоенное лаской доброго рыцаря и его успокаивающей речью шепотом вроде «не бойся, всё хорошо, это мои друзья», подпустило к себе молодых людей. Те, подойдя, прислонились подобно Джалелу к грациозному животному, и так они стояли вчетвером, вкушая радостную победу всем своим естеством.
В один момент трое друзей рассмеялись хором, словно договорились заранее. Просто тогда их эмоции уже не могли себя сдерживать и вылились наружу вот так, разом и неожиданно.
- Джалел! – Промолвила Айрини и бросилась на шею Джалелу, который, отвлекшись от великолепного красавца, повернулся к своим друзьям лицом. Девушка была несказанно счастлива, что её герой остался жив, и потому уже не могла сдержать своих чувств.
Рыцарь почувствовал в этот момент необыкновенное блаженство, гораздо сильнее превышавшее то, когда он обнимал птицу. И хотя Айрини не пестрила яркими красками и не обладала чудесными крыльями, всё же её грация возбуждала мужскую природу Джалела с невероятной силой, превышавшей даже ту неукротимую физическую силу бойца, с которой тот сокрушал главы самым опасным монстрам Заколдованного Леса.
Ощутив стан молодой девушки так близко к себе впервые, Джалел растерялся. И всё же, неуверенно и медленно подняв свои истертые рукоятью меча руки, герой обхватил ими гибкую талию дорогого ему существа. И тогда славный воин ощутил то, чего ему ещё никогда прежде не доводилось испытывать. Столь невероятного, возвышенного и прекрасного вдохновения и восторга Джалел не мог передать словами. Рыцарь хотел было признаться красавице в любви, но передумал, решив, что оно того не стоит, пока он ещё не завершил своё дело.
- Айрини, я улетаю. – Решительно сообщил Джалел.
- Ты уверен, что управишься со своим новым другом?
- Он умён и сообразителен, как говорил Ган. Он доставит меня на место.
В следующий момент рыцарь внезапно ощутил на своей щеке нежное дыхание дочери вождя, после чего, охваченный восхитительным блаженством, резко остановил влюбленную особу.
- Рано. – Отрезал воин, сообразив, что та хотела его поцеловать, и, взглянув в прекрасные глаза девушки, увидел там слёзы, тотчас нежно стерев их своими грубыми и теплыми пальцами.
- Ты вернешься? – С надеждой в голосе спросила девица, немного расстроившись, что мужчина её мечты не принял столь скромный подарок. Правда, логика воина была ясна: лучше не связывать себя с дорогими людьми слишком близко раньше времени, дабы избежать разочарования. Джалел не мог быть полностью уверен в том, что останется в живых. И потому на вопрос Айрини предпочел ничего не отвечать. А вместо этого, высвободившись из вожделенных объятий дочери вождя, обратился к Гану.
- Ты очень смелый юноша, Ган. – Похвалил мужчина своего первого и пока единственного ученика, пожимая тому его мужественную руку.
- Удачи вам, рыцарь Джалел.
Воинственный муж кивнул головой и, взобравшись на своего «питомца», взял того за два длинных жестких фиолетовых пера, исходящих от места ушных отверстий крылатой твари, и, подняв сказочно прелестное и грациозное создание на дыбы, взлетел. Точнее, взлетела само создание, в то время как Джалел грозно и величественно восседал на его широкой спине, покрытой мягкой чешуей, дивно поблескивающей медью и бронзой на солнце.
Айрини, взглянув на своего мужественного героя снизу, так и залилась слезами.
- Идём. – Тихо произнёс молодой Ган, всем сердцем радуясь за того, кто совсем недавно стал для него настоящим другом.
Глава Viii. Конец пути
Гробиян постучал в черную-пречерную дверь на фоне черного-пречерного дома, и та сама собой отворилась. Как только Гробиян вошёл вовнутрь, тут же услышал голос Венгильды, стоявшей у окна к нему спиной, так что вошедший сначала даже не заметил хозяйку дома. Её длинное темное одеяние почти идеально сливалось с темными стенами с тем учетом, что там было достаточно темно, и только то самое единственное окно немного освещало внутренне убранство тоскливого обиталища ведьмы. Среди него только и можно было заметить кровать, стул с высокой спинкой с загнутыми рожками на одной и другой стороне верхней оконечности спинки, а также письменный стол с кипой бумаг, пером и чернильницей. Ещё Гробиян обратил внимание на ветхую штору у противоположной входу стены; по-видимому, за ней находился проход в другую комнату.