… - и вдруг, шеф оборачивается в нашу сторону, с расстёгнутой рубашкой … - Сашка изобразила верх удивления и прикрыла рот ладонью.
… - и что вы думаете, сделала эта курица? Она взяла и сделала вот так, – Сашка подошла к стоявшей сестре и театрально изобразила всё что увидела.
- По кому-то плачет театральное училище…, - Женька стояла в дверях своей комнаты и пристально смотрела на представление… - чего не расскажешь, как ты ляпнула, что без рубашки даже лучше?
- Ну, ляпнула и ляпнула. Не трогала же, - Сашка с хитрой улыбкой продефилировала мимо Женьки.
- Ни чё себе вы крутые. Я тоже хочу посмотреть - мечтательно протянула Инна.
- Только посмотреть. Потрогать - уже занято, - показав язык Женьке, Сашка умчалась вниз. Следом рванула Женька.
- Ничего не меняется в этом доме, - задумчиво произнесла Света.
Настал день, которого все ждали и, в душе, боялись. С раннего утра приехали визажисты, дяденьки с ножницами, стилист, Макс и Игорь Владимирович.
После завтрака, без перерыва, нас усадили в кресла и дяденьки начали свою работу. Первыми зашли Инна, Света и Сашка. Дяденьки повесили на зеркало фотки Инчон, Кюри и Борам и принялись колдовать.
Стилист проверяла наряды, постоянно сокрушаясь, что не успела все подготовить, так как нужно. Принесли наши гарнитуры, и она примеряла, как блоки управления входят в специальные карманы.
Мы втроём, Катя, я и Женька, выбрались на сцену и остановились от удивления. Вокруг всё кипело и двигалось. Появилась тележка на колёсиках с камерой. Борис настраивал пульт у стены напротив сцены. Помощники Стаса настраивали свет и свой пульт. Сам Стас бегал с каким-то прибором по помещению, время от времени давая указания помощникам.
Принесли ряд стульев и установили из вдоль стены. Макс и шеф о чём-то оживлённо говорили. Иногда к ним присоединялся Игорь Николаевич. Арин снимала всё происходящее на камеру.
Наконец свет был настроен, и помощники запустили подсветку сцены. Это было круто! Включили фонограмму песни, и огни на сцене заиграли под звуки музыки.
В этот момент нас позвали в гримёрку. Под впечатлением от всего увиденного, мы вошли в помещение, и уселись в кресла. Теперь на зеркалах высели фотки Хёмин, Джиен и Соён.
Мастера своё дело знали. Мне оставили среднюю длину волос и мой естественный цвет. Поэтому со мной закончили достаточно быстро. Остальным предстояла покраска. За меня же принялись визажисты.
Я испытывала наслаждения от происходящего. Причёска была просто шикарная, визажисты делали из меня принцессу – не меньше.
После визажа начался процесс одевания и подгонки. Каждая из нас была занята сама собой и особых эмоций по поводу внешнего вида подруг не высказывала. Наверное, волнение давало о себе знать. В итоге, когда мы полностью оделись и стали полукругом посреди гримёрки, повисла тишина.
Я пробежала взглядом по девчонкам и на мгновение остолбенела. Инне сделали короткую причёску в стиле Инчон в молодости. И покрасили в чёрный цвет. Женьке сделали «карэ» средней длинны, и тоже покрасили в стиле Джиен.
- Я не поняла. У нас что, шоу двойников намечается, - Света удивлённо переводила взгляд с меня на Женьку, особенно задержавшись на Инне.
- Инна скажи чего нибудь, что бы я поняла, что это ты.
В ответ Инна улыбнулась своей шикарной улыбкой.
- Ущипните меня, - Сашка замахала перед собой руками, словно отгоняя наваждение, - не улыбайся больше так. Иначе я потеряюсь совсем.
Стилист быстро перемещалась между нами, то и дело что-то поправляя и разглаживая. Надев гарнитуру и установив блоки в карманы, мы стояли в ожидании пока визажисты не закончили последние штрихи и не убрали провода.
Наконец всё было готово, и мы направились к выходу. В голове проносились строчки текста. Стараясь не зацепиться каблуками, мы поднялись на сцену.
Борис проводил последние приготовления перед пультом, перебрасываясь фразами с шефом и Максимом. На стульях вдоль стены сидели музыканты, Игорь Николаевич, Арин, несколько ребят из охраны и люди из обслуживающего персонала.
Стасик суетился перед камерой. По-моему, первыми наше появление увидели музыканты. Они о чём-то тихонько говорили и, подняв на нас глаза, резко замолчали. Катин отец встал со стула и выпрямился. Арин подняла камеру и начала сьёмку.
Стасик, оторвавшись от камеры, поднял на нас голову, так и замерев с удивлением во взгляде. Борис, что-то говоря шефу, оборвал предложение и уставился в нашу сторону. Шеф стоял к нам спиной. Максим пристально смотрел в нашу сторону и кивком головы указал шефу за спину. Повернувшись к нам, шеф замер. Повисла неловкая пауза и тишина.