Санёк часто приходил к концу наших занятий и просто наблюдал за моими успехами. После занятий мы всегда общались перед машиной.
Он сообщил, что Славику подвернулась халтурка, прокатиться с какой-то «бандой» по периферии в качестве барабанщика. От возможности нормально подзаработать, он отказываться не стал, и решил пока нас покинуть. Это не стало для меня новостью. Санёк держал с ним постоянный контакт, и Славик пообещал после турне заскочить к нам.
Новый год прошёл спокойно и буднично. Я пригласил Саню и Светлану Николаевну к себе. Нарядили одну из ёлок на участке, пожарили шашлычок, в двенадцать открыли шампанское. Потом все - я, Олег, Петрович, Ирина, Саня и Светлана Николаевна долго сидели в гостиной, разговаривали.
Я узнавал разные истории из «своей» жизни, и жизни других. В общем, всё прошло в тёплой, семейной атмосфере. Через пару дней я отвёз друга и учительницу обратно в город. Пока ехали, в машине, зашёл разговор об электрогитарах. Светлана Николаевна предложила Сане начать заниматься со мной. Он был не против, и мы договорились, через день встретиться у меня на студии.
В начале марта, приехав на очередное занятие, я обратил внимание на состояние Светланы Николаевны. Она, конечно, старалась держаться, но было заметно, что удерживать внимание ей тяжело. Она тяжело и прерывисто дышала, и старалась больше сидеть. Я поинтересовался её самочувствием. Она честно призналась, что не очень. Зашёл Саня, и я решил закончить занятие. Было заметно, что Светлане Николаевне становиться хуже. Мы вызвали скорую помощь. Врач, послушав ее, категорически заявил, что нужно ехать в стационар, есть подозрение на известную болезнь. По этой причине повезли в Новый город. Пока ехали, созвонился с Сергеем Николаевичем и обрисовал ситуацию. Он согласился посмотреть Светлану Николаевну лично. Встретил он нас в приёмном покое. Оставив меня и Саню внизу, он поднялся в палату. Ждали мы примерно час. Выйдя из лифта, доктор выглядел озабоченно:
- Плохо, - ответил он на наш немой вопрос, - очень плохо. Подключили к исскуственной вентиляции лёгких. Но, по моему, не поможет. Возраст, и сопутствующее заболевание:
- Сам как? Смотрю, толстеешь, - он окинул меня взглядом.
- Нормально. Решил подкачаться, массу наедаю.
- Спорт это хорошо. Чем ещё занимаешься? Как с воспоминаниями?
- Музыкой. Светлана Николаевна как раз и занималась со мной. Почти научила…, - я замолчал, задумавшись.
- Жаль. Но, как говориться, все там будем, - разрешите откланяться, дела ждут.
Доктор попрощался и вышел на улицу. Мы тоже потихоньку пошли к машине:
- Получается, он уже её списал? – произнёс он ошарашено.
- Не обращай внимания. Врачи к этому проще относятся.
Через три дня Светланы Николаевны не стало. Сане позвонили из больницы, и попросили приехать забрать документы. Все расходы я взял на себя. Уже и не думал, что после смерти своих родителей, придётся снова переживать всё это.
Через неделю решили заняться дальнейшим обучением. Как то всё не клеилось. Никак не мог сосредоточиться на музыке. Вообще, было ощущение, что заболеваю. Не хватало ещё подцепить какой нибудь, злой вирус. Решив, что мне лучше отлежаться пару дней, Санёк уехал в город. Я, даже не поужинав, завалился на диван в комнате. По-моему у меня начинался жар. Появился озноб, и я залез под одеяло. Голова гудела, заложило уши, и начало клонить в сон. Я не стал сопротивляться, и закрыл глаза.
Звуки музыки, лица людей, калейдоскоп каких-то событий, все смешалось и проносилось перед глазами. Поток информации увеличивался, и от этого усиливалась головная боль и озноб. Меня трясло как в лихорадке. Через какое-то время головная боль трансформировалась в подобие колокольного звона. Каждый удар колокола разносился вибрацией по всему телу. И опять, лица, лица…
Потом резкая вспышка, и я понял, что стою перед сценой. Вокруг меня ревёт стадион. Почему-то темно, только бегущие огни подсвечивают сцену и ступени перед ней. В руках у людей светятся какие-то длинные предметы. Мощная энергетика ревущего стадиона обволакивает и проходит по всему телу тугими волнами.
Я нахожусь в глубине зала, передо мной, через несколько рядов, сцена. Какие-то мониторы с графиками на столе передо мной. Но я на них не смотрю. Звучит нарастающая барабанная дробь и сразу с ней появляется звук электронной музыки. Она нарастает в такт барабану и, неожиданно резко, обрывается. Несколько прожекторов ударяют в центр сцены, выстреливает пиротехника, и я вижу настоящих на сцене шесть девушек. Они замерли, опустив головы, в ожидании музыки. В это время, слева от меня, прожектор выхватывает ещё одну площадку. Она находится перед девушками, и немного под ними. На площадке стоят три парня. За группой, на огромном экране, появляется изображение красивой молодой девушки которая медленно подходит к стойке с наушниками и стоящим синтезатором.