Приняв душ и приведя мозги в относительный порядок, занялся готовкой. Так пролетело около часа. Все делалось на автомате, дни уже давно превратились в один день сурка. За последние десять лет самыми эмоциональными моментами были только смерть родителей и расставание с подругой. Даже приобретение квартиры и переезд не вызвал никаких эмоций. Женщин я практически убрал из жизни так как перестал соответствовать заявляемым ожиданиям. Как в плане финансово-материальном, так и по внешним данным. В остальном, если становилось совсем хреново, представительницы древнейшей профеcсии в помощь.
В итоге в город не поехал, лень. Приобрел продукт в местном магазине. Сел на кухне налил стопочку. Как писали в инете, нужно жахнуть не менее ста грамм. Даже при крепости абсента, для меня ни о чём. Решил не разбивать на два раза. Выпил. Да уж! Крепкая хрень! В нос и по горлу ударил вкус полыни. Вернее я так подумал, но ощущение как от ядреной горчицы. Глаза заслезились, дыхание перехватило. Захотел встать, и понял, что тело как-то неохотно поддается приказам. Сделав два шага ноги подкосились и я грохнулся на пол. Последнее, что пришло в голову, что падать на керамо-гранитные плиты, идея плохая.
часть 2
Глава 2
Пробуждение было резким и болезненным. В голове шумело и гудело, в глазах все плыло и от этого постоянно тошнило. Кто-то говорил вдалеке, но разобрать, что именно, не получалось. Сфокусировать зрение так и не удалось и я снова провалился в спасительную темноту.
Сколько времени прошло после первого пробуждения не знаю. Но в этот раз голова уже болела не так сильно, и мне удалось рассмотреть окружение. Находился я не дома, больница скорей всего. Большое окно сбоку слева, справа какой-то аппарат с датчиками. От него к моей руке шли две трубки с мутными жидкостями. Светлый оттенок стен и стул, или офисное кресло, возле стены. Это то, что я смог увидеть глазами, попытка повернуть голову желаемого результата не принесла. Тела не чувствовал и это меня напугало, неужели что-то с позвоночником? Тогда это пипец. При всех моих болячках, меня, конечно, ждала веселая старость, но такая дыскотека - это перебор. Датчик замигал и начал издавать громкий писк. Через мгновение зашла девушка в белом халате . Внимательно посмотрев на меня она быстро развернулась и выбежала из палаты. Примерно через минуту появился мужчина средних лет, с правильными чертами лица, которое наверно можно назвать привлекательным. На нем тоже был медицинский халат одетый поверх делового костюма. Он опять внимательно посмотрел на меня и присел на стул.
- Вы слышите меня Андрей Алексеевич? - произнес он спокойным ровным голосом, - не старайтесь говорить или делать какие нибудь движения, просто моргните.
Я медленно моргнул. В горле было сухо и моя попытка что-то произнести успехом не увенчалась.
- Прекрасно, - продолжил доктор - видите нормально? Отлично. Сейчас я введу вам лекарство, и вы заснете. После того как проснетесь, мы с вами пообщаемся подольше.
Он встал и подойдя к аппарату, набрал комбинацию. Через несколько мгновений я отрубился.
Пробуждение было легким. Голова не болела, зрение сфокусировалось сразу четко и без разводов. Самое главное я чувствовал тело. Мышцы ныли, кончики пальцев постоянно покалывало, так бывает, когда кровь прибывает в онемевшую руку. Ноги гудели, но меня это не расстраивало. Значит позвоночник цел и ходить буду. Попытка повернуть голову почти получилась, правда мышцы были словно ватные.
- Вам пока не нужно пытаться управлять телом, - доктор стремительно вошел в палату и присел напротив.
- Почти три минуты клинической смерти бесследно не проходят, - продолжил он, внимательно наблюдая за мной.
- Где… я? – говорить было больно и тяжело.
Мне показалось что доктор на мгновение удивился.
- Вы меня узнаёте? - спросил он, подавшись вперед.
- Нет. Первый раз вижу…, вернее, второй, - снова прохрипел я в ответ.
Он откинулся назад и пристально посмотрел мне в глаза. Пауза начинала затягиваться.
- Я был готов к такому развитию событий, - медленно произнес он. - Частичная потеря памяти была прогнозируема.
Он встал, и подойдя к аппарату опять набрал комбинацию.
Проснулся я спокойно. По телу разливалась приятная истома и я с удовольствием потянулся. Лучше бы я этого не делал. Мои руки. К ним больше не тянулись трубки от прибора. Но удивило ни это. Они были мои, и как бы, не мои. Слишком худые, кожа немного отдавала желтизной, пальцы тонкие. Повернув левое запястье я с удивлением уставился на него.