В детстве я ловил жуков плавунцов в фонтанах города. Ловили мы их в стеклянные литровые банки. Как-то раз, я бежал с такой банкой и споткнулся. Осколок стекла пропахал мне запястье почти достав до вены. Меня быстро отвели в травмпункт, который был рядом, и хирург наложил мне пять швов.
Но на этом запястье шва не было. Рука была другой, и я рассматривал её как что-то инородное. Непередаваемое ощущение. Взгляд двинулся ниже к локтю. Здесь должен был быть ещё один шрам. Это уже на заводе. И снова на предполагаемом месте ничего не было. Только гладкая кожа. Занятно, если не сказать больше.
Затем я решил заглянуть под одеяло. И хотя я был в пижаме, всё равно испытал лёгкий озноб. Наверное это был шок. Тело в пижаме явно не принадлежало мужчине слегка за пятьдесят, и слегка за сто в весе. Скорей какому-то доходяге лет тридцати, ни разу не бравшему гантели в руки. Я медленно опустил одеяло. Так. Спокойно. Может я уже долго здесь валяюсь. Успел исхудать. Но шрамы. Я снова уставился на запястье. Что там доктор говорил? Частичная потеря памяти. Но я же помню себя в детстве!?
На этот раз доктор пришел не один. С ним был мужчина лет сорока, худощавый, аккуратно подстриженный и тоже в хорошем костюме. Какая-то у них тут странная привычка, носить костюмы. Не больница, а деловой раут. Они прошли, и доктор снова присел напротив, мужчина остался стоять.
- Здравствуйте Андрей Алексеевич, - обратился доктор ко мне, - как чувствуете себя?
- Здрасте, - связки уже не болели но голос отдавал легкой хрипотцой, - более-менее. Кто это с вами?
Стоящий мужчина удивленно вскинул брови и посмотрел на доктора.
- Видите, - доктор повернулся к нему, - вас он тоже не помнит.
- Но как такое возможно? И что теперь с этим делать? – мужчина удивлённо смотрел на меня, потом снова повернулся к доктору.
-Такое бывает. Через недельку выпишем, окажется в родной обстановке глядишь и память понемногу восстановится.
-Неделю? Вы считаете, что недели будет достаточно? – удивление не сходило с лица гостя.
- Достаточно. Он и так два месяца у нас валяется.
Два месяца! Ахренеть, не встать. Вот это я хлебнул «палёнки». Это я за два месяца так исхудал!? Ну да, и шов рассосался.
- Андрей,- доктор пристально смотрел на меня, - постарайся в следующий раз, когда надумаешь закончить свою жизнь, сделать это более доступным и гарантированным способом. Застрелись например. Мы вытащили тебя с того света, в прямом смысле. Клиническая смерть не шутки, и как это событие отразится на твоей жизни, теперь одному богу известно. Следующего раза не будет.
Он встал и направился к выходу. Гость ещё какое-то время смотрел на меня, затем медленно повернулся, и тоже вышел. У меня складывалось стойкое ощущение что меня принимают за кого-то другого.
Лёжа на кровати, я рассматривал потолок. Неплохой, кстати сказать, ровненький, качественно покрашенный. И стены тоже с качественной отделкой. Наверное платная палата. Слишком уж все красиво.
Оглядев кровать я увидел небольшой пульт под левой рукой, на котором были изображены две стрелки, «вперёд и назад». Нажав на ту что «вперёд» я почувствовал как верхняя часть кровать начала медленно приподниматься. Как раз то чего не хватало. Выставив наиболее удобный для себя наклон я продолжил изучение своего-чужого тела.
Мышечные реакции немного запаздывали, руки были вялыми и неподъемными. Кончиками пальцев правой руки я провёл по левой руке, пытаясь определить тактильные ощущения. И сразу почувствовал что подушечки пальцев на обеих руках имеют более плотную структуру. Словно от игры на гитаре. Когда-то в юности я, как и многие, пытался научиться играть. Даже приобрёл гитару. Но, ничего не вышло. Со слухом были проблемы. Хотя, если бы я проявил больше старания и упорства, или хотя бы пошёл на курсы, может толк и вышел. Но я быстро остыл и забросил это дело.
Пальцы были тонкие, явно не работника горячего цеха, скорей музыкально-аристократические. В любом случае этими руками тяжести не носили. Бросив осмотр я оглянулся вправо и увидел дверь в боковой стене. Должно быть это туалет, нужно посмотреть на себя в зеркало. Но выполнение данного действия выявило определённые трудности. И начались они сразу, с момента откидывания одеяла. Руки слушались плохо, моторика была слабой, и от этого одеяло показалось тяжёлым. Я попытался перекинуть ноги на край и сесть. А это уже не получилось. Реакция на команду вроде была, но какая та слабая. Ноги только немного согнулись в коленях и сразу безвольно упали. Боли не было. Слабость. Я вспотел и тяжело дышал. В этот момент появился доктор.
- Так-так, - он быстрым движением накинул на меня одеяло, – встать пытаешься? Это хорошо. Значит, начал восстанавливаться. Только не так быстро, нейронные связи ещё слабые, придётся начинать заново учиться ходить, и все остальное.