Она с тоской посмотрела в сторону комнаты, где недавно стояла у окна, кивнула головой в знак согласия и мы вышли на улицу. Она шла немного впереди нас, и я внимательней к ней пригляделся. На кастинге, я бы не обратил внимания на такую девушку. Слишком простая. Должна быть изюминка, за которую зритель мог зацепиться. У Кати я не видел такой изюминки. Не знаю. Нужно подумать.
В студии, за время моего отсутствия, произошли перемены. Саня с Арин что-то живо обсуждали сидя рядом перед открытым ноутбуком. Борис, в наушниках, что-то писал, Славик долбил барабаны. При нашем появлении Арин снова встала и поклонилась Игорю Владимировичу и жестом поприветствовала Катю. Саня представился сам и представил остальных. Катя в полном восторге осматривала студию. В итоге остановилась за спиной у Бориса, наблюдая за его манипуляциями на мониторах.
Борис нажал на кнопку и попросил Славика повторить партию на электронных барабанах. Славик пересел за установку и начал играть. Катя перевела внимание на него. Она обошла пульт и остановилась перед окном. Борис с удивлением посмотрел на неё и, сдвинув один наушник, повернулся к нам:
- Я уже забыл, что ты говорил про девушку, - произнёс он, окидывая Катю взглядом с ног до головы.
- Её Катя зовут, - я подошёл к пульту. – Вы что пишите?
- Славик сказал, что придумал изменить партию барабана на вчерашней композиции. Хочет совместить электронные барабаны с живыми. Посмотрим что получиться.
Катя, стоявшая и смотревшая на играющего Славика, обернулась и подошла к нам. Она внимательно осмотрела пульт и спросила, какую композицию мы делаем. Борис вывел на экраны мониторов мультитреки вчерашней записи. Она подвинула второй стул надела наушники и стала слушать. После этого предложила сделать электронную подложку с применением синтезатора. Борис вывел нужный плагин, и девушка, отдав мне тетрадь, попросила показать ей, как пользоваться данной программой.
Славик уже закончил партию и вышел к нам. Он с интересом посмотрел на сидящую рядом со звукорежиссёром девушку, и встал за ними, наблюдая за их работой. Подошёл Игорь Владимирович и предложил выйти на улицу:
- Я вижу у вас всё серьёзно, - начал он говорить, как только мы оказались вне помещения. – В этой тетради Катя пишет стихи.
Он указал на тетрадь, которую я держал в руках. Открыв её, я увидел четверостишья, написанные красивым почерком. Мне показалось неплохо. Конечно в основном про любовь, разделённую и нет, но встречались стихи про времена года и т.д.
- Я был настроен скептически, если откровенно, - продолжил Игорь Владимирович. – Думал вы очередной мажор.
- И сильно я похож на мажора?
- Не обижайтесь. Людей состоятельных видно, к тому же вы были с охраной. Я хочу поговорить насчёт Кати, решать, конечно, вам, но если она подойдёт вам как солистка, буду только рад. В этом кафе у неё нет будущего как исполнителя, и тем более как поэта. Так и останется на уровне уличного музыканта.
Я понимал, что он просит за дочь. Да, делает это очень тактично, но я пока не видел Катю в качестве участницы:
- Предлагаю не гнать лошадей, - решил я не расстраивать его, – у нас ещё месяц до кастинга. Пока она мне нужна как музыкант и автор текстов. А там война план покажет.
Он удовлетворённо кивнул, и сообщил, что должен уехать. Я сказал, что за Катю он может не волноваться, её отвезут куда скажет. Тем более у нас Арин едет в Новый город.
Проводив Игоря до стоянки, я вернулся на студию. Передо мной открылась весьма примечательная картина. Все собрались вокруг пульта, на котором Катя и Борис колдовали над графиками и дорожками. Славик, обернулся в мою сторону с полным изумления взглядом, и кивком головы указав на Катю, в восхищении поднял большой палец вверх. Правда, я не понял, ему сама девушка понравилась или что-то другое?
Присоединившись к наблюдавшим товарищам, я обратил внимание, что Арин держит в руках лист бумаги с написанным четверостишьями текстом. Видимо, она сделала первый перевод. Борис, просто откинулся на спинку кресла и, скрестив руки на груди, молча, наблюдал за Катей. Девушка провела ряд действий в плагине и тоже откинулась назад:
- Всё, вроде, - она победоносно посмотрела на Бориса и включила звук.
Зазвучал трек барабана, он отличался, от того что мы записали ранее. Барабан звучал жёстче и плотнее. Самое интересное заключалось в том, что под него была подведена электронная подложка, отыгранная на синтезаторе. Она была так аккуратно вплетена в основной ритм, что вначале казалась незаметной. Некоторая комичность ситуации заключалась в том, что в оригинале тоже использовался синтезатор, но я намеренно убрал его. И теперь Катя ввела уже свою версию. Я не стал ничего говорить на этот счёт. Звучало всё прекрасно.