— Обязательно.
Я продолжал смеяться, и она тоже почти смеялась со мной. Конечно, в завтрашней игре я сомневался. Хотя бы потому что мы не уточнили время. Сейчас мы оба пьяны и завтра нам будет все равно, но, боже, как приятны эти пьяные обещания и договоры.
Она помотала головой, а я встал из-за стола. Кто-то прокомментировал игру, но я не слушал. Только посматривал на эту девчонку. Она не могла удержаться на ногах долго, но это было не из-за алкоголя. Она была такой сама по себе: раскачивалась из стороны в сторону, склоняя голову. На фоне других девчонка действительно выделялась. Это заставляло меня частично замирать от интереса.
— Как тебя зовут?
Девушка приподняла уголки губ в парализованной усмешке.
— Женевьева, — ответила она, — Но друзья зовут меня Эва.
— Приятно познакомиться, Женевьева.
Глава вторая.
Мне нужно место где спрятаться,
Но я не могу его найти.
Я теряюсь на своём пути:
Здравствуй и добро пожаловать домой.
Billie Eilish & Khalid – Lovely.
Холодно. Мне было очень холодно. Когда я проснулся в понедельник утром, мне было холодно. По телу пробегала такая дрожь, что было сложно встать с кровати. Я не понимал, почему замерз. Отопление в мотеле работало исправно, одеяло было теплым. Но мое тело будто нарочно старалось охладиться, когда яркий солнечный свет перестал ослеплять.
Я поднялся с кровати, зашел в ванную и постарался отогреть себя горячим душем, но вместо этого увидел в отражении запотевшего зеркала того, кем я был первое время после обращения. У моего отражения глаза закрыла черная пелена. Кожа стала еще белее, чем была. Под глазами образовались темно-синие впадины. По коже трупная венозная сеть. Все оглушило вокруг и поплыло. Дальше спутано. Пелена. Пелена. Пелена. И голод.
— Мистер Парадайз.
— Он в себе?
— Что произошло?
— Обморок. Ничего страшного.
— Точно? Нам не нужно проблем перед самым пиком наплыва туристов.
— Точно. Выдохни. Мистер Парадайз?
Я открыл глаза. Веки были тяжелыми. Перед лицом сидела девушка из бара. Не та взъерошенная алкоголичка Женевьева, которую друзья зовут Эва. Другая. Та, которая поздоровалась со мной первой. Как и той ночью у нее была яркая помада. Но вместо карт в руках аппарат для измерения давления. И белый халат.
— Вы слышите меня, мистер Парадайз? — спросила она еще раз. Я невольно кивнул и провел рукой по лицу. Лоб мокрый от пота. Пальцы дрожат от мелкой дрожи, — В глазах не двоится?
Я отрицательно покачал головой и перевел взгляд. Позади темноволосой девушки в халате врача стояла Джулс и Кэнди.
— Дин, как ты? — снова, сменив манеру общения, спросила Джулс.
— С ним все будет в порядке, — произнес белый халат, — Давление в норме. Температура тоже. Похоже на обморок от переутомления.
— Я в порядке.
Только когда все три женщины убедились, что ничего серьезного, они покинули номер. Джулс была обеспокоена мною будто из-за какой-то слепой старой дружбы, которой не было, темноволосая девушка просто выполняла свою работу врача, которым оказалась, а Кэнди пришла проконтролировать ситуацию как администратор. Да, работникам правда было дело до постояльцев. Меня часто выключало из-за таблеток в Берлине еще до встречи с Джозабет, но никому из персонала отеля не было до этого дела. Была одна беловолосая девчонка, которая пришла убирать мой номер в восемьдесят девятом в Берлине. Тогда она нашла меня в отключке на полу. Как мне потом рассказали, она просто потрогала шею, поняла, что я жив, пошла по своим делам, и неважно, что я валялся на полу в ванной.