Рыжеволосая даже почувствовала его дыхание на своей шее, но всё ещё не спешила оборачиваться. Уверенный в своей неотразимости парень совсем не заморачивался относительно правил и норм поведения. Он был именно тем, кто всегда шёл на всё ради своей цели и добивался её, не задумываясь о последствиях.
«Что он о себе возомнил? За кого он меня принимает? Он не мой хозяин, так почему смеет так себя вести со мной?» — в голове девушки проносилась целая буря вопросов, но на все был только один ответ: потому что позади неё стоит один из самых наглых и самовлюблённых людей в этой вселенной, для которого такие вопросы не имели значения.
Под пристальным наблюдением друга своего хозяина, Рэмми пыталась закончить свою возню на кухне, ускоряя процесс готовки. Вскоре она уже подходила к финальной части — яйца. Чтобы аккуратно разбить их на сковородку, где уже поджаривались другие продукты, ей нужно было сначала взять их из холодильника. Ей крайне не хотелось оборачиваться к Мэрлину, но выбора не было. Когда она, наконец, повернулась, к её удивлению, он всё ещё стоял рядом, слишком близко. Парень явно не ожидал такого поворота и едва успел отскочить, чтобы избежать столкновения, когда девушка чуть не стукнулась лбом о его подбородок.
— Да отойди же ты, — зло прошипела она, упираясь ему в грудь ладошками, пытаясь оттолкнуть, но парень стоял, как каменная стена, не двигаясь с места. Руки были глубоко в карманах джинсов, а на лице хищная ухмылка, насмешливо наблюдавшая за её беспомощными попытками что-то сделать. Когда ему надоело смотреть на её усилия, он, наконец, соизволил отступить, позволяя ей пройти.
Он выудил из кармана пачку дорогих сигарет и зажигалку, демонстративно закурив, зная, что Рэмми ненавидит запах табака, да и перегара в том числе. Странно, но сегодня он был трезв. Такое случалось крайне редко.
— Мэрлин, ты не мог бы заняться этим где-нибудь подальше от меня? — разбив несколько яиц, она добавила сверху нарезанных сосисок и продолжила жарить яичницу. Парень продолжил её раздражать, старательно, намеренно, и она не выдержала, — хорошо, хорошо, я приготовлю и тебе, только отойди от меня.
— Пиздец, — он демонстративно стряхнул пепел на пол и недовольно фыркнул.
Воцарилась напряжённая тишина. Для Рэмми она казалась удушающей, в то время как её мучитель наслаждался происходящим. Он отошёл на несколько шагов, словно имея полное право пялиться на неё. Усадив себя на стол, продолжал покуривать сигарету, с явным любопытством рассматривая её стройное тело, не скрывая своей наглой оценки.
Иногда девушка наклонялась вперёд, и из-под её коротенькой юбочки виднелись белоснежные трусики. Мэрлин цокал языком, когда в очередной раз юбка не поднималась достаточно высоко, и он не мог получше разглядеть то, чего так желал. Девушку это ощутимо нервировало, она чувствовала себя лабораторной мышкой, за которой пристально наблюдают в ожидании чего-то, но молчала.
Приготовив всё как можно быстрее, она разделила омлет на две части: одну аккуратно выложила себе на тарелку, вторую чуть ли не уронила на другое блюдо, просто перевернув сковородку, и протянула Мэрлину. После ловко накрыла на стол и поставила на середину миску с салатом. Для хозяина девушка решила ничего не оставлять, так как неизвестно ещё, сколько тот будет спать, а холодную еду вероятнее всего есть не станет. Да и предпочитает он мясо, так как тоже далеко не простой человек.
Мэрлин, тем временем, докурил вторую сигарету и бросил окурок в пепельницу, после чего уселся на жалобно скрипнувший стул и принялся за еду.
— Ну что ж, приятного аппетита, малая.
Девушка уселась напротив него, опустила взгляд куда-то в тарелку и начала спешно кушать. Разум говорил ей, что нужно выйти из-за стола быстрее парня, но страх не позволял сделать всё слишком быстро, на уровне подсознания хотелось мимикрировать и не вызывать лишних эмоций у сидящего напротив.
— Сикариус всё ещё дрыхнет? Ну конечно.. У вас вчера была весёлая ночка. Как он тебе? — спросил Мэрлин, заставив щёки девушки загореться ярким румянцем и вспомнить, что они не закрыли окно перед.. этим делом.
Она ничего не ответила, а вскоре доев завтрак, встала из-за стола и начала всё так же торопливо мыть посуду: ополоснула, вытерла, поставила её на место и пулей взлетела на второй этаж. С уходом девушки, Мэрлин тут же осознал, что ушёл и его аппетит, поэтому просто отодвинул от себя тарелку и положив щёку на ладонь, тоскливо вздохнул.
Девушка вбежала в комнату хозяина, но, к огромному своему удивлению, не обнаружила его там. Она огляделась, затем просто забралась на постель, решив ждать здесь. По крайней мере, в этой комнате она чувствовала себя в безопасности.