- Эти письма отдала мне Маргарита Юрьевна.
- Вот к чему ты вспоминала женщину, которую я любил, понятно.
«Там есть письмо для меня?» - Родион остолбенел.
- Я не нашла в себе сил даже посмотреть на их обложки, не знаю, есть ли там письмо для тебя или для меня, о чем они, и не писала ли она их в бреду чехотки. Я ничего об этом не знаю, поэтому прости я позвала тебя не из благих побуждений передать последнюю волю усопшей.
- Это я здесь должен просить прощения. – мужчина переминал пальцы на стакане.
- Забудь. Не извиняйся, меня это бесит. Вся эта надуманная вина передо мной. Люди вокруг живут свои жизни и это нормально, и даже отлично, если они думают о себе. А я давно поняла, кто такой маг и к чему быть готовым.
Ника перевернула письма, три краткие надписи на конвертах «профессору Бреневу», «Родиоше», «дочери». Она наполнила свой стакан, снова выпила залпом, взяла адресованное ей письмо, распечатала и сразу начала читать.
«Здравствуй, Ника.
Ты получила это письмо, когда тебе известны все детали моей смерти, поэтому сразу оговорюсь, в этом некого винить. Мне есть что тебе сказать на смертном одре.
- Я ни в чем себя не виню. Мне прискорбно, что ты так и не уделала Андрея. Надеюсь, ты однажды поймешь для чего я тебя растила и вкладывала все силы и другие ресурсы, что у меня были в этой жизни.
…»
Родион наблюдал за реакцией подопечной. На секунду она отпустила обозленный взгляд, ему тут же захотелось вырвать письмо и выкинуть его, но он сдержался.
«…
2. Единственное, что я хочу от тебя увидеть – если уж и существует жизнь после смерти – становление тебя как сильного мага, ровно в этом русле я тебя и растила.
3. Если уж и решила не мстить Андрею, то просто не умри раньше него.
Прощай, меня больше нет.
Твоя мать.»
Ника вернула письмо в конверт, отложила его на стол, уткнулась лбом в колено капитана.
- Что там?
- Ей так сложно было написать просто «я люблю тебя, будь счастлива». Зачем она написала эту бурду? Считала меня настолько тупой, что я не пойму её идею разжечь во мне ненависть этим письмом, чтобы не было больно? Но мне уже больно. – она говорила, отделяя каждое предложение, чтобы сдержать эмоции. – Последние слова и те испоганила. Ей было мало моей жизни и психики для потока калла?
Родион погладил девушку по спине.
«Как вообще можно было в это влюбиться, капитан? Как ты смог?»
- Или она правда меня ненавидела за этот отказ?
- Мы никогда этого не узнаем. Я не стану тебя уверять в чем-то. Возможно, я никогда её не знал.
- Кажется, что и я тоже.
Ника выпрямилась, скорчив недовольное лицо.
- Да уж, даже поныть не с чего.
Она наполнила стакан и сделала несколько глотков, подала конверт капитану.
- Может хоть у тебя что-то хорошее?
- Я не хочу.
- Мне сжечь его?
Мужчина молчал.
- …Я сделаю так, как ты скажешь.
Капитан допил, взял письмо в руки, распечатал, с каменным лицом прочитал все, бумага упала из его рук, Ника подтолкнула его на свое плечо, стала гладить по спине. Все, что она могла, это слушать всхлипывания и подливать алкоголь время от времени.
«Родиоша, здравствуй.
Я опоздала с изложением этого лет на двадцать, не буду скрывать, что мне больно от этого, но я не могла поступить по-другому. И твою помощь я хотела принять, но мысли о том, что я останусь инвалидом на твоих руках – не допустима, и оставить тебя одного мне страшно. Вдруг Ника не вернется. Нет, это глупость, она обязательно вернется.
Знаешь, когда ты признался мне, я была готова умереть от счастья, ты - самый лучший мужчина, который был в моей жизни (только мужчина, потому что лучшая женщина моей жизни – Ника, уж извини). Только сказать тебе «да», значило, переехать и сесть тебе на шею с ребенком, а ты – молод, и я не хочу портить тебе жизнь, ни тогда, ни сейчас. Хотя, она и так теперь на твоей шее. Извини, что прошу, но защити её как сможешь. Никому не мстите, не берите чужие долги. Живите счастливо! Я была рада тебя любить.
Твоя первая и не последняя любовь.»
Ника проснулась, поджарила несколько яиц. Родион медленно отходил от вчерашнего прочитанного и выпитого.
- Что такое? Голова бо-бо? Ну а что ты хотел, годы уже не те.
- За то у тебя ни в одном глазу.
- Юна, красива, умна. Что ж поделать? – девушка улыбнулась и кинула таблетку в стакан воды. – Держи, старичок.
- Спасибо. Я хотел сказать тебе кое-что.
- Ой все, никаких эмоциональных выплесков в ближайший месяц без крайней необходимости.