Эллайя улыбнулась. В отличие от большинства старых магов, она любила посплетничать и с удовольствием выслушивала подробности об отношениях королевских особ. И, либо лорд Бэлмарк выбрался сам, либо, что более вероятно, нашёлся-таки человек готовый ради него на безумные поступки. И Эллайя почти не сомневалась, кто она. А такое знание значительно сужало круг поисков.
Вспомнив, как почувствовала сосуд в первый раз, улыбнулась. Ощущение от боли и наполненностью силой, сбило с ног, заставило испугаться. Теперь, когда сосуд проявлял себя, появлялось только ощущение невиданной силы, способной смести всё на своём пути. Ощущение захватывало и хотелось, что бы оно не кончалось. Но оно, к сожалению было весьма быстротечным.
Первый раз сосуд проявился во время Долгой войны, под самый конец, когда в битву вмешался Алдагор. И проявлялся он в то время довольно часто, но разобраться кто был источником Эллайя никак не могла, ибо эти двое, как привязанные друг к другу, всё время находились рядом.
Сабрина и Рэнд… Рэнд и Сабрина…. Хоть их и разделяли десятки километров, для чёткого выделения источника этого было недостаточно. И вот, когда Эллайя почти отчаялась выделить только одного, когда она почти решилась сообщить магам о двух возможных сосудах… Именно тогда она сумела выделить чёткий источник. Хотя, если допустить, что это всё-таки лорд…. он ведь тоже там был.
- В следующий раз я определю точно – мурлыкнула девушка в пустоту. – Следующий раз будет последним.
Порядком озябнув, спохватилась, вернулась в устланную мягкими коврами комнату. Задержавшись у большого зеркала, привычным взглядом оглядела себя, и одним щелчком пальцами свела усилия ветра на нет.
Весть о возвращении Рэнда в мгновение ока облетела страну. Воины порадовались, знать в очередной раз выругалась и отложила плетение заговоров до лучших моментов. Единственное, что радовало представителей благородных нордийских родов – это потеря лордом воинской гордости – длинной толстой косы. Немало сплетен возникло по этому поводу, а кое-кто из менестрелей осмелился сочинить пару не очень приличных песен. Песни пелись тайно и стоили дорого, но знать с охотой платила за возможность посмеяться над самым страшным человеком королевства. Рэнд, сомневавшийся в своём спокойствии относительно слухов и песен, неожиданно понял, что в данный момент единственное, что его заботило – обещание Этгара.
- Её высочество по-прежнему не хочет никого видеть? – После приветствия сразу спросил Рэнд.
Король Этгар выглядел чрезвычайно уставшим. Молча кивнув, жестом пригласил Рэнда сесть в кресло напротив. Сцепив руки в замок, успокоил на них подбородок, внимательно посмотрел на лорда.
- Зачем тебе титул? Ты хочешь власти? Она и так у тебя. Вся.
Лорд молчал.
- Ты понимаешь, что усыновив тебя, я создам прецедент? Моя дочь – вдова, у неё нет сына, у неё нет мужа…. После получения титула, ты будешь главный наследник.
- Знать не примет этого. – Лорд был спокоен, как скала. – В данном случае, даже я буду не в состоянии удержать их. Ваше величество, вы хотите отказаться от своего обещания?
- Нет. – Король уронил голову на столешницу. – Я прошу тебя взять мою дочь в жёны.
Маска спокойствия вмиг слетела с лица Рэнда. Невольно подумалось: вот то, к чему он стремился столь долгое время, то, о чём он мечтал, но не мог надеяться, что это сбудется. Он должен был быть счастлив, но…
Молчание затянулось. Король, истолковав его по своему, попытался внести ясность.
- Это не попытка сохранить трон за Силией, просто я понял, что никто не сможет защитить её лучше, чем ты. Ты ведь любишь её? Иначе, зачем ты отправился за ней? Никто и никогда не решился бы на такое…
- Ваше величество, я сделал это ради вас. И ради благополучия страны. Силия – чудесный, прекрасный золотой цветок, но моё сердце не принадлежит ей.
- Тогда зачем тебе титул?
- Как только вы усыновите меня, я отрекусь от престола в пользу вашей дочери. – Рэнд замолчал, решая, стоит ли открывать королю все карты, но потом мысленно махнул на скрытность рукой. – Единственное для чего мне нужен был титул – это возможность жениться на Сабрине Алдагорийской.