- Я заметил, что любит. – Воспоминания о недолгом заточении не принесли радости, рука невольно потянулась к новому, незаметному на фоне основного, но четко ощутимому шраму, оставленному королевским перстнем.
- Вам ещё повезло, что меня легко ранили, - Сабрина повела идеально гладким плечом. – Иначе отец оставил на вас куда больше шрамов, если бы вообще не прибил на месте.
- Удивительно, что ваш пёс не почувствовал опасность.
- Шадо тут не причем.
- Тогда как? – Лорд превратился в абсолютный слух.
- Я не очень хорошо себя чувствовала. – Уклонилась от конкретного ответа, Сабрина. – Они как знали… Стоп! – Резко дернувшись, всполошила мирно сидящего у ног алдагорца. – А если действительно знали? Но я не могла так опозориться…
- Грандлорд Ирикон, похоже, причастен к нападению. Он вполне мог сообщить о вашем самочувствии настоящим заказчикам, и те перешли к действиям. – Искренние эмоции принцессы полностью развеяли мысли Рэнда о её причастности к нападению.
- А сам Ирикон? Не мог он быть заказчиком?
- Сомневаюсь, это слишком крупно для него. Он бы побоялся выступить так открыто. И потом у него нет возможности так запугать наёмников, что бы они выдали моё имя, а не имя подлинного заказчика.
- А у вас есть такая возможность?
- Вы меня всё-таки подозреваете?
- Я не меняю своих решений, - слегка раздражённо отмахнулась принцесса. – Но я не знаю механизмов, которые способны совершить такое.
- Они знали, что умрут, но всё равно стояли на своём…. Пока я не знаю ответа на этот вопрос.
- Давайте выпьем, чтобы он быстрей нашёлся.
Молчание затянулось. Когда кубки опустели и наполнились вновь, Сабрина попросила:
- Расскажите о своей семье, лорд.
- Мне нечего рассказывать.
- Такого не может быть. Я сочту ваш ответ оскорблением и себя и вашего рода.
- Мой отец был самовлюбленным эгоистом, который потратил все состояние на баб, выпивку и другие удовольствия. – Не видя смысла отмалчиваться, всё равно узнает от других, лорд старался изложить всё вкратце. – Погиб в битве при Редерии. Восемь старших братьев пытались снискать славу, но также погибли на войне. Мать умерла, истощенная частыми родами, бедностью, черствостью и постоянными изменами отца, когда мне было десять. Братьев, едва им исполнялось семь, отдавали в услужение кому-нибудь из друзей отца, я избежал этой участи, поскольку началась война. Отец ушел сразу же, как начался призыв, а матери было не до меня. Вот и вся история.
- Кто же вас обучал?
- Как и положено: грамоте сама мать, риторике и остальным благородным наукам нанятый ею учитель, воинскому искусству – дед по материнской линии.
- Ваш стиль похож на восточный. Этому вас тоже научил дед?
- А кто учил вас?
- Дохандзонский воин, вызванный специально для меня. Дядя со стороны матери. – Не стала скрывать информацию принцесса. – Теперь ваша очередь.
- Иногда мы с дедом ездили на рынок в ближайший полугород. В один из таких дней мы наткнулись на узкоглазого мудреца, путешествующего по миру в поисках истины. Я упросил деда взять его в замок и разрешить пожить у нас некоторое время.
- А чем вам он так приглянулся? – Полюбопытствовала алдагорийка, ей показалось, что вопрос вызвал у собеседника смущение, но ответил он спокойно:
- Он рассказывал интересные вещи, мне понравилось.
- Отец вообще вами не занимался?
- У него не было на это времени. – Зло огрызнулся Рэнд. – Дед часто увозил меня к себе в замок, потому, что я напоминал ему его самого в молодости. Он и матери предлагал вернуться, но она все время отказывалась.
- Почему?