Трофейные боеприпасы с броней явно не справлялись. Все, на что их хватало, – это сумасшедшие удары по щиту и брызги раскаленного свинца, разлетающиеся от погнутой стальной пластины. Впрочем, такая бомбардировка с успехом сбивала вражескому стрелку прицел до момента, пока в дымящейся броне не образовалось отверстие, проделанное металлокерамическим сердечником пули, выпущенной из АСВК.
Турель резко повернулась влево, ствол пулемета задрался дулом к небу.
Вся перестрелка заняла меньше десяти секунд.
– Бегом к машине! – скомандовал охотник, уже наполовину выбравшись из канавы.
Стас и бряцающий лентой Сатурн рванули за ним.
Основные силы преследователей, услышав стрельбу, дали по газам. Столб пыли быстро приближался с востока.
– Живее-живее! – подгонял Коллекционер, одновременно стаскивая обезглавленный труп с водительского кресла. – Стас, за пулемет! Сатурн, в кузов!
Двигатель утробно зарычал, набирая обороты. Тело выпихнутого из кабины пассажира упало на землю, обильно ее увлажнив.
Великан уже на ходу перебрался через борт и тут же взялся помогать Стасу в наведении порядка на новом рабочем месте. Не долго думая, он ухватил мертвого пулеметчика за ногу и одним рывком выкинул из захваченного транспорта, словно мусор. После чего отошел к кабине и скромно сел в уголок, поставив «Корд» на один из идущих по всему периметру кузова ящиков с песком.
Стас взгромоздился на теплое от крови сиденье и, вращая педали, развернул турель назад.
Громадное черное тело КПВ на зеленом лафете было испещрено мелкими багровыми точками и кляксами покрупнее, вырванными из предыдущего стрелка, когда бронебойная пуля, преодолев щит, вошла ему в грудину бесформенным комом горячего металла и вышла со спины, размозжив сердце, сломав позвоночник, унеся изрядный кусок легкого, правую лопатку и еще полкило мяса на перемолотых ребрах. Патронный короб был почти наполовину пуст. Два десятка непривычно огромных гильз катались по дощатому полу кузова, сталкиваясь и звеня, словно латунные бутылки.
Стас взялся за рукояти управления огнем и посмотрел в окуляр закрепленного на высоком кронштейне оптического прицела.
Поднимаемые машиной клубы пыли застилали обзор. Сквозь бурую пелену можно было разглядеть лишь два угловатых силуэта, по очертаниям напоминающих кабины грузовиков.
– Далеко они? – пробасил Сатурн.
– Не больше километра, – ответил Стас, перекрикивая шум двигателя.
– Может, влупить, чтоб отстали? – кивнул великан на скачущий в такт проносящихся внизу ухабов ствол КПВ.
– Я при такой тряске не попаду. А патронов мало. Глянь у кабины, вдруг там еще есть.
Сатурн щелкнул замком и откинул крышку большого металлического ящика привинченного к полу:
– Ого! Целых две коробки.
– Отлично. Лучше их поберечь. Честно говоря, не представляю, что мы будем делать, когда в реку упремся.
– Будем подыхать! – раздалось из кабины. – Переросток дело говорит! Садите в них со всего, что есть в наличии, авось движок пробьем! Иначе хана!
– Так точно! – гаркнул Сатурн и, опустив на пол пулемет, взял винтовку.
– Попробуем, – Стас вновь навел прицел на далекие силуэты и, сделав небольшую поправку по высоте, нажал спусковую клавишу.
Короткая очередь, опустошившая еще три латунных «бутылки», под громоподобный грохот ушла в клубящееся пыльное облако. За первым аккордом главного калибра последовали еще четыре, поддержанные двумя уже не кажущимися столь громкими хлопками АСВК.
Над силуэтами-целями замелькали огоньки, и через секунду воздух вокруг несущейся по ухабам машины наполнился свистом.
Одна из пуль угодила в щит по касательной, предоставив Стасу возможность лично оценить силу удара. Казенную часть КПВ резко увело вправо, едва не вырвав рукояти из ладоней. На толстой стальной пластине осталась глубокая вмятина, сантиметров десять в длину.
К поднимаемой колесами пыли добавились две ленты песка, сыплющегося из пробитого деревянного ящика, защищающего тыл.
Немного отрезвленный столь близким соседством вражеских пуль с собственной головой, Сатурн опустился ниже, вытянув ноги вперед и усевшись на пол кузова пятой точкой, резонно рассудив, что лучше отбить ее, нежели лишиться более важных частей тела.
Стас тем временем расстрелял оставшуюся ленту и покинул сиденье.
– Я пустой! – крикнул он, отцепляя короб. – Одного, кажется, подбили!
– Левого или правого? – спросил Сатурн, швыряя низом вытащенные из ящика боеприпасы.