Скоро вибрация стала ощущаться не только зрительно, пробилась сквозь толстые подошвы и защекотала ступни. На грунте, в эпицентре «сейсмической активности», образовалась быстро расширяющаяся лунка.
– Жда-а-ать, – протянул охотник, кровожадно скалясь.
– Может, гранатой? – предложил Сатурн и кивнул на растущее углубление.
– Нет. Он мне целиком нужен.
Края лунки еще немного расползлись и замерли.
Все молча, с зудящими на спусковых крючках пальцами, уставились в подземные врата, ожидая появления музыкального гостя. Но осевшая почва больше не шевелилась. Вибрация исчезла.
– Ушел? – с плохо скрываемой надеждой в голосе поинтересовался Сатурн.
– Спугнули, – выдохнул Коллекционер, продолжая тем не менее держать лунку на мушке. – Как есть спугнули, вредители.
– Мы-то тут при чем? – осторожно возмутился Стас. – Сам не дал костер затушить. А гусляр огонь почуял и ушел, наверное.
– Он на-се-ко-мо-е. Огонь его привлекает, – выдвинул охотник контраргумент. – А топчущиеся, как лошади, группы кретинов его отпугивают.
– С какого это вдруг дичь его отпугивать должна?
– Да с такого, что гусляр охотится на одиночек! Ясно тебе?!
– Хорош тут орать. Нашел из-за чего. Ушел, да и хер с ним. Я только перекрещусь.
– Бля. Ну что за похуисты? Такой трофей прое…
Находящийся до того в стороне от дискуссии Сатурн прервал обличительную речь охотника. «Корд» в его руках неожиданно полыхнул снопом раскаленных газов, и уши заложило от грохота.
Рядом с великаном мелькнула черная тень. Сатурн пошатнулся, разворачиваясь, и упал. Описавшая полукруг пулеметная очередь размолотила кусок стены, превратив кирпич в пыль.
– Там! – Коллекционер вскинул «Пернач» и разрядил магазин в темноту.
Стас трижды пальнул наугад из дробовика, скорее за компанию, нежели с расчетом кого-то подстрелить.
Непроглядный мрак ночи принял в себя все, не шелохнувшись.
– Хе-хе, – охотник сменил магазин и провел ладонью по земле. – Достал. Достал сукина сына, – растирая между пальцами вязкую светлую субстанцию, он подошел к встающему на ноги Сатурну и хлопнул его по спине. – Молодец! Все за мной.
Стас вытащил из костра пучок горящих веток и отправился вслед за Коллекционером, попутно дозаряжая дробовик. Сатурн включил фонарь, пристегнутый к бронежилету возле левого плеча.
– Он странный, – поделился наблюдением великан, светя в спину захваченному азартом погони охотнику.
– Не страннее нас с тобой, особенно тебя.
– Ах, гадина! – Коллекционер присел, ощупывая землю.
– Что там? – крикнул Стас.
– Ушел-таки, паразит! Но сувенир оставил.
Охотник поднялся, держа в руке небольшую пластину, изначально, судя по всему, овальной формы, а сейчас расколотую пополам. Черная с одной стороны, с другой она была вымазана белесой субстанцией.
– Возвращаемся? – кивнул Стас в направлении освещенной костром стоянки.
– Да. Под землю я уж за ним не полезу. Глянь, какая хреновина. – Коллекционер протянул ему пластину.
– Хм. – Стас опустил дробовик и взял трофей. – Жесткая. На здоровенную чешую похожа.
– Ты на скол посмотри, а лучше пощупай. Чувствуешь, расслоилась в центре? Трещинами пошла, а отверстия нет, излом только.
– Удержала пулю?
– Прикинь, какова тварюга. Может, и неплохо, что вы ее спугнули. А то, высунись такая падла в метре от меня, глядишь, и дотянуться бы успела. Пока там всю чешую переломаешь. Из нее же броню шить – милое дело. Да, любопытный экземпляр. Жаль, побольше разглядеть не удалось.
– Я тут тоже кое-что нашел, – подойдя к костру, Сатурн передал охотнику странный, похожий на корягу предмет. – Отстрелил, наверное.
– Ну-ка. – Коллекционер принял из рук Старшего Брата находку, едва не светясь от любопытства. – Что тут у нас? Да это же… Ты мой дорогой! – расплылся он в улыбке, глядя в глаза Сатурну, отчего тот несколько растерялся, не зная, как реагировать на подобный приступ дружелюбия. – Вот молодчина! Как доберемся до Кутузовского, обязательно сообщу о проявленном тобой героизме, пусть к награде представят.
Великан смущенно улыбнулся:
– Да чего там.
– Красота какая, – закончив с торжественной речью, охотник тут же потерял интерес к новоиспеченному «герою» и переключился на изучение артефакта. – Вы только посмотрите, – провел он ладонью вдоль серпообразной его половины, не касаясь гладкой черной поверхности с мелкими зазубринами на вогнутой стороне. – Острая, должно быть. Прямо серрейтор. Такая хрень в ляжку воткнется, располосует сверху донизу. Да, пожалуй, и кость перерубить сможет.