Сюзанна посмотрела на другой берег реки. Ловелл скрежетал зубами от неутомимого желания завладеть землей, на которой она сейчас стояла. Эйблы потеряли немало скота. Однажды самым невероятным образом возгорелся амбар, в котором хранился собранный хлопок и стояли две лошади.
Это произошло еще до того, как Джеймс и Энди Эйблы вернулись домой, усталые, похудевшие и совершенно сбитые с толку теми изменениями, которые произошли в их жизни. Теперь с рассвета до заката они трудились в полях, готовя их к посадке, но не хлопчатника, а других культур. С отменой рабства и победой северян Эйблы потеряли рабочие руки, необходимые для возделывания хлопка.
Война принесла людям бедность и неустроенность, думала Сюзанна. Зачем же Мартинам усугублять и без того тяжелое положение своих сограждан?!
По обеим сторонам реки росли тополя, и Сюзанна не могла разглядеть дом Эйблов. В отличие от других семей они поставили свой дом вдали от водоема. В низине у реки паслись коровы и быки.
Лошадь слегка остыла, и Сюзанна подвела ее к воде чтобы бедное животное утолило жажду. Назад они отправятся шагом, хотя в этом случае попадут домой поздно, и Вес будет волноваться.
Черт возьми! Она же беспокоилась о нем и о Райсе, вызывающе подумала она. Теперь их черед.
Когда животное утолило жажду, женщина отвела его чуть в сторону от водопоя, туда, где не было жижи и не разъезжались ноги.
Она едва успела вскочить в седло, как вдруг увидела всадников на другой стороне реки. Сюзанна тихо и осторожно укрылась в рощице. На противоположном берегу остановилось восемь всадников. У Сюзанны сжалось сердце и замерло дыхание, когда она увидела, как сначала один, потом другой вынули ружья и стали целиться в бедных животных, спустившихся к водопою.
Грянул выстрел — и одно животное медленно опустилось на колени. У женщины засосало под ложечкой. Это было началом бессмысленной бойни. Сюзанна услышала жалобное мычание подстреленного быка и потянулась за винтовкой, хотя знала наперед, что это непростительная ошибка.
Она собиралась сражаться в одиночку против восьми мужчин, а река в это время года мелела. Но Сюзанна не могла спокойно наблюдать, как свистели пули, неся смерть перепуганным животным, которые в панике искали пути к спасению. Подонки на другом берегу надрывались от хохота.
Сюзанна прицелилась в шляпу одного из весельчаков и нажала на курок. Шляпа слетела с головы. До слуха женщины донеслись громкие причитания, перекрывающие даже рев раненого животного, а потом всадники рассыпались вдоль противоположного берега, стараясь определить местонахождение стрелявшего. Сюзанна поменяла место и выстрелила под ноги одной из лошадей. С той стороны донесся шум ссоры: мародеры обсуждали целесообразность вылазки на территорию Эйблов. Сюзанна медленно, дюйм за дюймом отводила лошадь вверх по склону, подальше от реки. Раздался воинственный клич, затем выстрел, и пуля ранила ее в плечо. Сюзанне оставалось одно: спасаться бегством. Она уже слышала громкое фырканье за спиной, лошадей пустили вплавь, — а затем выстрел, раздавшийся с ее берега. Сюзанна обернулась: в воде неуклюже барахтался один из наездников, двое других бросились ему на помощь. Женщина огляделась вокруг и увидела мужчину на кауром жеребце. С винтовкой он обращался так же умело, как гурман со столовым прибором.
Райс! Как он ее разыскал?! Откуда он узнал, куда она поскакала?!
Вслед за Райсом показался еще один всадник.
— Вес! — истошно завопила Сюзанна. Вес вскинул винтовку и прицелился. Некогда воинственные храбрецы развернули лошадей, раненый ковбой сидел вторым на крупе одного из животных. Выстрелы Райса и Веса ускорили отступление.
Не успели бандиты скрыться из виду, как снова послышался топот копыт. Двое мужчин, один в форменных брюках армии джонни, направлялись к ним, недружелюбно приветствуя Сюзанну, Райса и Веса.
Райс подъехал к женщине, разглядывая кровавое пятно, расплывшееся на блузке. Сюзанна перехватила взгляд любимого и удивилась тому, что одежда успела стать рыжей от крови. Интуитивно она понимала, что это несерьезное ранение: плечом можно было двигать, рука и пальцы сгибались и разгибались. После первого болезненного укола она почти не чувствовала боли, может быть потому, что была втянута в бешеный круговорот событий. Райс, Вес и братья Эйблы с состраданием взирали на раненую женщину.
Реддинг спешился, подошел к Сюзанне и поймал ее на вытянутые руки. Она спрыгнула с лошади, подчинившись его молчаливому приказанию. Вес, с трудом спустившийся с лошади, сновал вокруг сестры, не обращая внимания на подъехавших братьев. Райс закатал рукав блузы и обтер им окровавленное тело. Руки его были нежны, но в глазах закипала ярость.
— Пуля задела мягкие ткани, — сообщил Реддинг Весу. Он оторвал кусок материи и перевязал руку выше раны, чтобы остановить кровь. Затем только мужчины обернулись к вновь прибывшим всадникам. Вес опирался на костыль.
— А, Джеймс и Энди! — узнал он.
Выражение лица младшего брата слегка смягчилось. Он кивнул в ответ, затем соскочил с лошади и направился к Сюзанне.
— Что случилось?
Сюзанна потянулась было ему навстречу, но Райс удержал ее.
— На противоположном берегу были бандиты. Они начали стрелять по вашему стаду, — женщина кивнула в сторону реки.
К ним направился второй брат. Он двигался медленно, избегая смотреть на Веса.
— Сюзанна, — поприветствовал он женщину. — Черт, они уже начали сражаться с женщинами. Я отвезу тебя домой. Смотри, осторожней с рукой. — Потом он оглядел Райса, который был на несколько дюймов выше его самого. — А… Вы тот самый щеголь и неженка, о котором я слышал? Щеголи так обращаться с оружием не умеют.