– Наука и деградация в одном контексте? Тебе самой с этого не смешно?
– Люди лишаются духовности, вместе с ней и человечности.
В мыслях у Рены пронеслось: «Тебе ли говорить об этом». Но быстро прогнала их прочь. Ведь совсем недавно она смогла увидеть в них хоть каплю искренности, из которых и рождается море.
– Тем не менее ты больше прибегаешь к технологиям.
– Разумеется, ведь в магии я бездарна. Да и в моем случае она незачем, – ухмыльнулась девушка. – Просто не отрицаю ее существование. Музыкальное сопровождение закончилось. Пора баиньки. – Лест встала.
Рена удивленно посмотрела на нее. Действительно, Гил перестал играть.
Выбросив давно догоревшую сигарету, мафиози добавила.
– Причина одержимости моего брата не чувство долга, а чувство вины. Отцовскую любовь ему не удалось познать. В шерифе Морисе он увидел отца, оттого-то и ведет себя так. – Вкинув эти слова, она зашла в дом.
Человеческая суть такая непредсказуемая. Девушка почувствовала себя ужасным человеком, которая обвиняла и искала подвох в действиях парня, в то время как он глазами разбитого внутреннего ребенка смотрел на ее покойного отца. Когда чужой ребенок видит в тебе своего родителя это огромное почтение. Это означает, что отец Рены был прекрасным человеком.
Кареглазая подняла голову вверх пытаясь сдержать поступающие слезы.
Было решено что Рена будет спать на диване в комнате Лест, а мафиози в гостиной. По словам самой Лест, она любит спать на диване, нежели на кровати и без разницы где именно, главное, чтобы под головой была ее подушка идеальной высоты.
Рена легла на диван и смотря в потолок вспоминала разговор с черноволосой девушкой. Зажимая ладонью рот, она повернулась на бок и позволила себе заплакать, почти неслышно, чтобы не разбудить сестренку. Соленая жидкость тонкой струей капала на подушку.
Глава 4
Каждое утро Гил готовил завтрак. Лест в это время выполняла физические нагрузки. К пробуждению девушек стол всегда был накрыт и за ним сидели мафиози, ожидающие их, не притрагиваясь к еде. Посуду мыла та, кто проиграет в камень-ножницы-бумага. Это правило для них придумала Лест и ни разу не проиграла, поэтому посуду мыла либо Рена, либо Амалия и так всегда. Рена уже подозревала что она использует какую-то уловку, ибо такое не может быть, чтобы ни разу не проиграть, но разгадать ее пока что так и не удалось.
Поначалу в доме оставался либо Гил, либо его сестра в качестве надзирателя, но в дальнейшем уходили оба. Также сестры перешли на якобы дистанционное обучение весьма просто: Гилберт в один день вернулся и заявил, что учиться они будут самостоятельно, при необходимости с репетиторами, возможно, в его лице. А Рене в конце года остается сдать экзамены и получить школьный аттестат. Для каждой был предоставлен ноутбук с гарнитурой. С друзьями из школы они поддерживали связь, но встречаться с ними было запрещено, а также выходить за пределы дома без сопровождения, поэтому друзьям пришлось соврать что находятся у родственников в другом городе. Рене казалось, что будет из-за подобных ограничений чувствовать себя как тюрьме, но через день вчетвером они выезжали куда-нибудь на аттракционы, в кино или ресторан, или по крайней выходили погулять в парке. Не всегда с ними была глава мафии. Свободное время она предпочитала провести, лежа на диване перед телеком. В остальные дни играли в настольные игры, которые предлагал парень или приставку. Даже Рена признавала, что это весело, несмотря на то, что ее пугало как быстро они становятся близки. Обеим сестрам такая жизнь пришлась по нраву. Может, потому что они не чувствовали себя одинокими. Веселье, которое так старательно организовывал Гилберт, заглушало тоску по отцу. Эти два человека, подобные дню и ночи заполнили пустоту в сердцах девушек.
Рена большую часть времени проводила в личной библиотеке Гилберта. Она не была большой, но книги что хранились в ней невероятно интересны. Чаще она читала художественные произведения, погружаясь в историю героев книги. Ее приходилось буквально силком вытаскивать оттуда. Амалия же в свободное время от учебы игралась с питомцами Лест, которая кстати домой возвращалась то вечером, то глубокой ночью, то вообще не приходила. Еще Гил приносил ей какие-нибудь игрушки, которые девочка принимала, при этом утверждая, что уже взрослая для них, а парень в ответ смеясь гладил по макушке. Он относился к ней как к своей младшей сестре. Рена думала это из-за его прошлого, в котором он не смог одарить любовью свою сестру, а сейчас она в этом не нуждается от слова совсем. Девушка заметила, что Гил время от времени ведет со своей сестрой как заботливый старший брат, но Лест это только выводит из себя. Не сказать, что она не любит его, но проявление этого чувства у нее неоткрытое. Лишь наблюдая со стороны можно осознать, как велика ее забота, но вряд ли Гил понимает это… Или все же понимает?