– Не волнуйтесь, – шепчет моя собеседница. – Все пройдет хорошо, я уверена.
Откуда-то из недр просторного фойе раздается приглушенный стук каблуков. Из-за угла выплывает еще одна дева ростом под два метра. Худые бедра обтянуты строгими брючками. Гладкие волосы, короткая стрижка, высокомерный взгляд.
Капризная брюнетка отвечает ей таким же. Меня новенькая и вовсе будто не замечает. Прощается с девушками на ресепшене и уходит, оставляя шлейф аромата дорогих духов.
Немедленно звонит телефон. Блондинка берет трубку, коротко отвечает и сообщает, что меня ждут. Ну, раз ждут, надо идти. От волнения и следа не осталось – предельно ясно, что не возьмут. Они тут все вон какие, куда уж мне...
Кабинет директора просторен и внушителен. Один стол чего стоит – половину нашей спальни займет. И он явно не из ДСП сделан, а мягкая мебель натуральной кожей обтянута.
Вадим Морозов совершенно не соответствует образу, созданному моим воображением при звуке его восхитительного голоса. Правда, он все-таки красавчик, совсем не старый и уж точно не заморыш – плечи широкие и осанка выдает знакомого со спортом человека, даже когда он сидит за столом.
Но вместо знойного темноволосого мачо передо мной абсолютно нордический блондин. Светлые волосы, будто выгоревшие на солнце. Ясные голубые глаза. Крупный прямой нос, мужественный подбородок, резкие скулы. Наташка была права – красота, прямо как с обложки.
– Присаживайтесь, Юлия, – говорит красота. Мое имя в его устах звучит как-то по-особенному. – Не бойтесь, я не стану вас мучить вопросами, это не экзамен. Всего лишь хочу познакомиться.
Хмм, а я совсем не против! Я ведь женщина почти свободная, скоро с мужем развожусь...
Прохожу и сажусь в кресло для посетителей, чувствуя на себе его пристальное внимание. Наблюдает за моей походкой?
– Да, конечно, – произношу, надеясь, что улыбка не выглядит чересчур натянутой.
– О своих профессиональных качествах расскажете непосредственному руководителю, меня интересует не это.
Он откидывается на спинку кресла, продолжая гипнотизировать меня взглядом. В льдистых глазах – вежливое, но холодное равнодушие. Мысленно призываю себя закатать губу: такие как он таких как я даже на вечерок не снимают.
– Мне важно оценить, какой вы человек в общении. Как движетесь, как говорите. Насколько способны расположить к себе, – продолжает он тем временем. Блин, да о чем я думаю вообще! – Возможно, это звучит грубо и попахивает дискриминацией, но вам же озвучили предлагаемый доход. На мой взгляд, вполне компенсирует... У вас неудобные туфли?
Вот это сейчас было неожиданно! Очередная проверка? Вопрос с подвохом?
– Они новые, не успела разносить. – Возможности подумать нет, так что выбираю честность. – Неужели так заметно?
– Вы скованы, видно, что вам некомфортно. Вряд ли тому виной это кресло. То, что вы называете “разносились”, означает “пришли в негодность”. Обувь должна быть качественной.
– Я извиняюсь...
– И еще по поводу внешнего вида: вы, должно быть, заметили, что у нас дресс код. Не буду вдаваться в подробности, но предупреждаю: его соблюдение обязательно до мелочей. Вы к этому готовы?
Прощайте, первые несколько зарплат! Придется снова у мамы клянчить. Или идти на крайний шаг и расплачиваться карточкой Стаса. Он обалдеет, если увидит, сколько я начала тратить на шмотки!
– Без проблем, – легкомысленно улыбаясь, говорю я. Чувствуя мелочное удовольствие от шанса немного отомстить.
– Если у вас есть вопросы лично ко мне, задайте сейчас. Не факт, что после будет такая возможность, – предупреждает босс.
Конечно не будет, вы ведь меня не возьмете. У вас вон целый подиум желающих. И, судя по дороговизне одежды и аксессуаров, их сюда не нужда пригнала.
В самом деле, зачем им клиентам кофе подносить? Неужели к красавцу-директору хотят подобраться?
В общем, раз мне тут ничего не светит, попробую хоть любопытство удовлетворить. Будет о чем с Наташей посплетничать.
– Я слышала, вы не берете... Проверяете семейное положение соискательниц. Почему оно имеет столь важное значение?
Мне показалось, или в его лице на секунду что-то неуловимо изменилось?
– Оу, еще один повод упрекнуть меня в неадекватности требований, – отзывается он с насмешливой интонацией. – Да, при прочих равных я предпочту замужних сотрудниц. Они сильнее заинтересованы в стабильной работе и зарплате и ценят соцпакет. У них есть опыт ответственности и поддержка семьи. А еще они не пытаются устроить личную жизнь в рабочее время. Достаточно объяснений?